Плетение легло мягко, легко, словно передо мной был мертвец. Однако в голове послышались обрывки чужих слов и образов. Фразы постепенно становились осмысленнее, а картинка обретала целостность.

Я оказался сидящим в кресле в комнате какого-то особняка, а вокруг происходила вечеринка, очень похожая на ту, куда попала Ксения Земскова. И я нахмурился, осматриваясь по сторонам. Пациенты провели в лекарне несколько последних дней, значит, я попал в память больного за какое-то время до этого. Что было… удивительно.

Вокруг были люди в белых рясах, которые были очень похожи на одеяние Синода, только с фиолетовыми полосами. Лица гостей были скрыты простыми масками, делающими всех похожими друг на друга.

— Цвет формы «Первенцев», — пробормотал я, осматриваясь по сторонам.

В комнате играла приглушенная музыка. Слышались голоса и редкий смех. В толпе сновали слуги, которые раздавали гостям бокалы с янтарным напитком.

Такой же бокал стоял на столике рядом с моим креслом. Я приподнял его за ножку, понюхал содержимое. Аромат был сладковатый, с легкой горчинкой. Почти неотличимый от элитных травяных сборов, если не знать, что именно искать. Скорее всего кто-то хотел замаскировать привкус. И в голове мгновенно всплыло название напитка, как запомнил его пациент.

«Замок на пограничье».

— Зелье, стилизованное под алкоголь, — прошептал я и вернул бокал на место.

Я напряг память, стараясь вспомнить состав. Точнее, попытался покопаться в сознании пациента, который мог знать ингредиенты. И мне это удалось. Потому что я понял, что для того, чтобы получить нужную смесь, надо было добавить в вино какое-то зелье под названием «оскал мертвеца».

Теперь стало очевидно, как «куклы» утратили связь с реальностью. Воспоминание, в которое я проник, начало оплавляться и рассеиваться, пришлось снова сфокусировать внимание на реальности, усиливая «кражу мыслей».

Внезапно свет в комнате памяти мигнул. Музыка стала как будто глуше. Каждая нота звучала немного фальшиво. В толпе мелькнул силуэт в фиолетовой рясе, лицо нового гостя было скрыто под капюшоном. Ростом он был выше любого из собравшихся здесь. Фигура двигалась по залу плавно, исполняя какой-то диковинный танец. Настолько красивый и завораживающий, что я не мог отвести взгляда от этого зрелища. Ни один из гостей не замечал прекрасного видения. Фигура остановилась посреди зала, и от нее к отдыхающим потянулись темные нити-щупальца, которые, пульсируя, опутывали людей. Окружающие не замечали этого. Некоторые лишь прикрывали глаза от удовольствия. А меж тем кожа гостей начала темнеть.