Я не боялся предстоящей дуэли. Да и самого Долгопрудного я не боялся. Причем мне даже не приходилось прибегать к способности «Спокойствия». А еще я не понимал, как фигура в астрале узнала, что я должен скоро биться с Долгопрудным на дуэли.
У дверей клиники стало чуть прохладнее. Я поднялся по ступеням и потянул на себя дверную створку.
В приемной Нина что-то записывала в лежавший перед ней журнал. Услышав мои шаги, оторвалась от своего занятия и взглянула на меня:
— Вы передали карточки Дельвигу?
— Да, Василий Михайлович, — ответила помощница. — Он очень хвалил вас за проделанную работу. Обещал зайти к вам, когда вы вернетесь с обеда.
— Хорошо, — ответил я и прошел в кабинет. Закрыл за собой дверь и на секунду задержался у окна. По дороге шли прохожие, кто-то нёс корзину с выпечкой. Мир жил своей жизнью. Я открыл окно и сел в кресло.
Тепло за окном всё ещё держалось, но ветер уже пах грозой. Небо хмурилось, на горизонте шевелились грозовые облака, лениво катясь друг к другу.
Я откинулся в кресле и некоторое время просто сидел, смотрел, как шевелятся занавески, и прислушивался к гудящей в ушах тишине.
Состояние транса прервал стук в дверь.
— Войдите, — произнес я.
Створка приоткрылась, и в кабинет заглянула Нина:
— Василий Михайлович, к вам пациенты, которые были перенесены на вторую половину дня. Вы готовы?
Я кивнул:
— Давайте начинать прием.
Глава 26 Гроза надвигается
Последний пациент вышел, аккуратно притворив за собой дверь. На несколько мгновений в кабинете повисла полная, успокаивающая тишина, которую нарушало только мягкое тиканье часов.
Я откинулся на спинку кресла и довольно прикрыл глаза. Помассировал виски, отгоняя напряжение. Сегодняшний день выдался на редкость утомительным. Некоторое время я сидел, не шевелясь, ожидая, пока сила в крови хоть немного восстановится. А затем открыл верхний ящик стола, вынул батончик энергона, распечатал упаковку, отметив, что руки немного подрагивают, и принялся жевать лакомство. Отстраненно подумал, что стоит поблагодарить Нину за ее заботу. Она не только приготовила халат для приема, но и побеспокоилась о батончиках, которые я особенно уважал.
Через несколько минут мне стало чуть легче. Усталость начала отступать, озноб спал. А головную боль легко удалось прогнать плетением «спокойствия». По привычке, я на всякий случай коснулся плетения «астрального двойника», чтобы проверить себя. Но все было в порядке. Энергия текла внутри моего тела чистой, не затемненная ничем.
Убедившись, что со мной все хорошо, я приступил к заполнению карточек.