А вот сердце-то мое как раз, хоть и вынесло однажды приговор, теперь усердно рассматривает апелляцию. И сам факт того, что я об этом вообще думаю, настораживает. Я боюсь быть снова обманутой. Второй раз я такое не переживу. Я боюсь ошибиться и принять желаемое за действительность.
Влад вел машину аккуратно, без превышения скорости. И даже это меня удивляло, обычно он гонял как сумасшедший. Позади за нами шла машина Игоря Сергеевича. Такое мягкое летнее утро с легкой дымкой на горизонте, когда хочется, чтобы оно длилось бесконечно.
Что бы я там себе сейчас не думала, в одном у меня не было никаких сомнений — меня не трясло от того, что Влад сейчас рядом. Мне не хотелось взять у Игоря Сергеевича пистолет и пристрелить Влада. А это что-то да значило. Мне было вполне комфортно и спокойно. И даже все эти мысли шли больше фоном.
Грузовик, двигающийся по встречной полосе, моргнул нам фарами, то ли предупреждая, что впереди поджидают ДПС, то ли просто здороваясь. Мне показалось, что грузовик слишком жмется к разделительной полосе. Влад немного взял вправо, на всякий случай, видимо, тоже обратив на это внимание, и в этот момент, грузовик вильнул со своей полосы, вышел на нашу и добавил газу.
Влад резко сбросил скорость. Но все происходило слишком быстро. Я уперлась руками в торпеду, уже понимая, что сейчас произойдет. Грузовик несся прямо на нас.
— Влад! — закричала я.
— Держись!
Он вывернул руль, подставляя свой борт и в этот момент, нас обгоняет машина Игоря Сергеевича. Тот бьет по тормозам и встает поперек дороги между нами и грузовиком.
От удара машина начбеза бьет нашу. Ремень чуть ли не ломает грудную клетку выбивая из меня весь воздух и тут же удар подушкой безопасности.
Скрежет метала, шипение выходящего газа из подушки безопасности, дым из-под капота, все кружится, вертится и, наконец, замирает.
Подушка спустилась. Я отстегиваю ремень и гляжу на Влада. Я уже понимаю, что произошло, но не хочу в это верить. Его подушка безопасности не сработала. И даже не смотря на пристегнутый ремень, он все же приложился головой об руль.
По его лицу стекает струйка крови, а я от ужаса будто окаменела. Из-за того, что от удара капот нашей машины задало прямо на лобовое стекло, я не вижу, что там с машиной Игоря Сергеевича. Влад в полубессознательном состоянии.
— Влад! Влад! — я отстегиваю его ремень, собираясь выбраться из салона, обойти нашу покореженную машину и вытащить его. Я открываю дверь и только собираюсь выбраться и кричу от резкой боли в грудине и сгибаюсь пополам.
В тот же момент дверь открывается, и кто-то хватает меня за волосы.