Я вскочила с места.
— Какие прогнозы врачей? — мне под нос сунули микрофон. — Вы Лиза? Бывшая жена?
— Разве так можно? Вы что сумасшедшие, что ли! — возмутилась я. — Охрана!
Уже через мгновение в палату влетел перепуганный охранник, который должен был дежурить у дверей, но, по всей видимости, отлучился, и эти пираньи улучили момент в погоне за горячим материалом.
Только за ними закрылась дверь, и я вернулась на место, как тут же снова открылась.
— Вы Лиза? — спросил меня вошедший.
Молодой еще мужчина, как мне показалось, какой-то помятый, будто не спал неделю, отчего казался старше своих лет. Во мне все забурлило. Я не могла поверить в то, что люди могут быть настолько лишены какой-либо эмпатии.
В ярости я схватила с тумбочки графин с водой и запустила в сторону двери.
— Убирайтесь! Да что вы за люди такие?! — закричала я.
Попасть я в него не попала, но дернуться, чтобы не получить в голову, заставила.
Он сунул руку в карман пиджака и достал оттуда удостоверение как раз в тот момент, когда я снова собиралась орать и звать охрану.
— Дмитрий Горин, следственный комитет.
— Ой, — это все, что я могла на это ответить. — Простите, я…
— Ничего страшного, все понимаю, мне нужно задать вам несколько вопросов, — он убрал удостоверение в карман.
— Да, конечно, — я снова опустилась на стул рядом с Владом.
— Может, выберем другое место? — спросил Горин.
— Нет, спрашивайте здесь. Врач сказал, что ему нужно слышать людей, слышать мой голос. Это может помочь.
— Хорошо, — он вооружился блокнотом и ручкой. — Как давно вы знакомы с Татьяной Сазоновой?
— С кем?
— Простите, с Линдой.
Меня передернуло, когда я услышала её имя, которое, как теперь выяснилось, еще и ненастоящее.
Он достал из кармана фотографию и протянул мне.
— Узнаете?
На меня с фотографии смотрела незнакомая белокурая девица и только глаза мне казались до боли знакомыми.
— Нет, но… подождите, это она? — спросила я в недоумении.
— Ранняя версия, так скажем. Раньше вы ее не встречали? В том смысле, что выглядящую именно так.
— Нет, — я вернула ему фотографию.
Он показал еще несколько фотографий и на каждой проклятая Линда выглядела по-новому. Разные имена и лица. И только глаза намекали, что это может быть один и тот же человек.
— Скажите, у вас бывают провалы в памяти или такое, что вы не можете вспомнить, как выглядит человек, хоть и видели его много раз?
— Нет, не припомню, — я не очень понимала куда он ведет и это не было похоже на снятие показаний свидетеля.
— Хорошо. Сильные головные боли? Мигрень?
— Нет, ну, может и бывало, но ничего необычного. У кого не болит время от времени голова? — спросила я.