— Виктор… В следующую пятницу у вас, кажется, аукцион по «Жигулям» для передовиков производства? Я приеду. Без протокола. Очень хочу лично посмотреть, как вы умеете радовать своих рабочих. И… как вы будете праздновать победу.
— Для вас, Елена Станиславовна, лучшая VIP-ложа на нашем импровизированном заводском стадионе всегда будет свободна, — с легким, победным полупоклоном ответил я.
Когда за великолепной Еленой мягко закрылась тяжелая дубовая дверь, я с чувством глубокого, заслуженного удовлетворения снова подошел к окну.
Над бескрайним зеленым массивом тайги и затянутым легкой индустриальной дымкой Новосибирском стояло жаркое, слепящее июньское солнце. Мой завод «ТехМаш» мощно, ровно гудел на полную мощность, чеканя высокотехнологичную продукцию и генерируя чистую прибыль.
Гнилой парторг Богомолов был филигранно, публично повержен и разгромлен на своем же минном поле. Опаснейшая Обкомовская карательная проверка превратилась в мой абсолютный, безоговорочный политический триумф. А сама «Железная Елена» — самая влиятельная, умная и опасная женщина Новосибирской области — стала моим верным политическим покровителем, инсайдером и союзником.
Я достал из пачки последнюю сигарету, с лязгом щелкнул золотой зажигалкой и с наслаждением выдохнул густой сизый дым к прозрачному, высокому сибирскому небу.
Наш сложнейший макроэкономический и политический пасьянс складывался просто идеально. Посмотрим, какие еще сюрпризы и испытания приготовит нам грядущий, переломный август девяносто первого! Я был готов ко всему.
Глава 8 «Народный магнитофон» и дефицитный психоз
Сборочный цех № 3 завода «ТехМаш» гудел, как гигантский, растревоженный улей. Но гул этот кардинально отличался от прежнего, хаотичного и бессмысленного индустриального шума старого советского предприятия. Это была мерная, ритмичная, завораживающая симфония конвейера, загруженного на пределе своих человеческих и технических возможностей. Музыка грядущих денег.
Вдоль длинных транспортных стеллажей, выстроенных в безупречную линию, тянулись ряды готовой, бережно упакованной в заводской целлофан продукции. Первая тысяча стереокомплексов «ТехМаш-101» в строгих, тяжелых черных корпусах с матовым блеском алюминиевых передних панелей и завораживающими янтарно-оранжевыми индикаторами уровня сигнала стояла ровным строем, словно элитная гвардейская дивизия перед парадом. От них восхитительно веяло горячим запахом свежего бакелитового лака, дорогого винила, новой японской смазки и канифоли. Запах готового, сверхприбыльного продукта.