— Не волнуйся, они меня даже пальцем не тронули. Просто выбесили.

Кай поскреб уколотый излучателем копчик и почти с приязнью вспомнил сердитого шебского таможенника. Все познается в сравнении, к тому же у шебианина были реальные причины ненавидеть киборгов: во время войны те зверски — как умели — убивали его родных, друзей и однополчан.

На Маске убивали в основном киборгов, а ненавидели за то, что лишились такой возможности.

* * *

Врать киборгу — пустой номер, а киллеру — еще и смертельно опасный, поэтому Майкл Бриннер признался Лисе, что деньги ему нужны на покупку наффского гобелена. И даже показал, какого именно, открыв переписку с продавцом. Треугольник размером три на пять на семь метров, вес двести девяносто три килограмма, сертификат подлинности на благородно пожелтевшей бумаге с интригующими бурыми кляксами. Пятьдесят тысяч, если гобелен исчезнет из родового поместья в обход налоговой и прочих законников, потому что в поместье гобелен тоже возник как бы сам собой.

Майкл знал коллекционера, который без неудобных вопросов отвалит за гобелен вдвое больше, прибыль пополам с Лисой. Нажиться на беде масковитянина, вынужденного по дешевке распродавать фамильные ценности, потому что иначе ему придется обходиться всего тремя слугами, — святое дело!

— …А почему он такой тяжеленный? — изумилась Молли, когда Лиза вслух зачитала описание гобелена.

— Я же тебе про них рассказывала! — с досадой напомнила Иветта. — Совсем недавно, на барахолке! У наффцев нет такого понятия, как «чистое искусство» — для них красота и практическая ценность произведения неразделимы. Задача творца — создать приятный глазу объект, обладающий некими полезными свойствами, причем эти свойства придает ему именно данный дизайн. Ну, как у эргономичного и одновременно стильного кресла! Так и гобелены наффцев — прекрасные внешне, они обладают уникальными сепарационными характеристиками, позволяющими осуществить практически стопроцентное разделение потока частиц с…

— Так чего он тяжелый-то? — нетерпеливо перебил Хэл увлекшегося искусствоведа.

Иветта укоризненно посмотрела на него поверх несуществующих очочков.

— Потому что сплетен из нитей девяноста восьми видов — одиннадцать чистых металлов, тридцать два сплава, пятьдесят пять диэлектриков.

— Короче, моль ему не страшна, — с хохотком заключила Молли.

— Разве что центаврианская, да и той попотеть придется, — согласился Натан. — А для чего наффцы используют эти гобелены?

— Выставляют в музеях, как и мы. Так-то у них есть технологии, позволяющие с куда меньшими затратами создать аналогичное энергетическое сито — не столь идеальное, но для инженерных нужд хватает.