9. Сосновка. 2001. Вера
Вера оставила машину в автосервисе в соседнем поселке, в двух километрах от Сосновки. Давно уже нужно было провести диагностику, а она никак не могла выбрать время, так сроднилась с любимым джипом, что не могла расстаться с ним хотя бы на полдня. И вот сегодня собралась с силами и оставила Гранд Чероки до завтрашнего утра. Вечер был теплый, почти летний. Деревья подернулись уже нежно-зеленым пухом, в воздухе носились одуревшие от тепла бабочки-лимонницы. Кусты боярышника у дороги пенились белыми цветами. Вера шла по знакомым улицам поселка, отмечая про себя, что ничто здесь не изменилось за последние двадцать лет. Ну, разве что, дома еще больше обветшали и облупились. Это Сосновка в последние годы прямо-таки расцвела, благодаря пристроившемуся под боком коттеджному поселку. Пятнадцать лет назад их дача располагалась на отшибе, по другую сторону шоссе, в окно видно было густой лес на горизонте и высокий, обрывистый берег реки. А сейчас вокруг их участка понатыкали коттеджей, обнесенных глухими заборами. Да и дом тогда был другой – не нынешний добротный каменный, а прежний, старый, выстроенный еще ее дедом, известным ученым востоковедом, увы, не дожившим до появления внучки на свет. Можно сказать, вся юность Веры прошла в этом старом, дедовом доме, – приходилось торчать там все выходные и каникулы, пока папочка мотался на благо родины по всяким закоулкам мира. Она, впрочем, не особенно скучала – была первейшей заводилой и хулиганкой на всю дачную округу. Вера вышла к площади, в центре которой высилось ободранное здание поселкового совета, с покосившейся, давно пустовавшей доской почета у входа. Напротив, из центра запущенной круглой клумбы щурил узкие глазки белый гипсовый Ленин, простирая облупленную длань в сторону поселкового отделения милиции. Вера собиралась взять левее, в сторону магазина, и вдруг остановилась. Перед Лениным пыхтел голубой милицейский газик. Рядом стояли проржавевшие белые Жигули, задними колесами машина въехала на клумбу. Наверное, водитель просто не заметил давно не подновлявшийся, ушедший в землю бордюрный камень. Веснушчатый Жорка Моргунов, бывший бессменный товарищ по всем ее детским проказам, теперь отрастивший пузо и облачившийся в гаишную форму, важно надувал щеки, выговаривая нарушителю. Нарушителем же был – Вера была в этом абсолютно уверена, узнала бы его из тысячи – тот самый благородный джигит, который помог ей тогда справиться с Гейшей. Несмотря на сумрак, она хорошо запомнила его статную, сильную мужскую фигуру, этот хищный