тоже заметил ее, машина свернула к обочине и затормозила. – Я сейчас! – крикнула Вера Володе, и остановила лошадь. Отец вышел из автомобиля, движением руки остановив собиравшегося последовать за ним охранника. Вера спрыгнула на землю и подошла к нему. Он, как обычно, клюнул ее быстрым поцелуем в волосы. – Катаешься? А кто это с тобой? Снова врать отцу не хотелось. Тем более, что теперь вроде бы и повода не было. – Один человек. Он живет неподалеку, – коротко ответила она. – Берет у нас уроки верховой езды. Отец окинул Володю, успевшего отъехать на несколько метров вперед и там поджидавшего Веру, оценивающим взглядом. Впрочем, закатное солнце, бившее ему в спину, не позволяло различить черт его лица. – Что-то не похоже, что ему уроки нужны, – нахмурился он. – Клинья к тебе подбивает, что ли? – Успокойся, папочка, у него семеро детей, – рассмеялась Вера. – Ладно, мне ехать нужно, в клубе еще дела. – Ты ночуешь сегодня? – спросил отец, все еще бесцеремонно пытаясь разглядеть Володю. Впрочем, тот, кажется, отвечал ему тем же. – Да, скорее всего, ночую, – кивнула Вера. – Но с ужином меня не жди, я еще пару часов пробуду в клубе. Попрощавшись с отцом, она снова вскочила в седло и догнала Володю. Посмотрела на него и опешила – таким мрачным стал его взгляд за эти несколько минут, так сурово сжались губы и набухли на висках жилы. – Кто это? – отрывисто спросил он. – Мой отец, – объяснила Вера. – А в чем дело? Он посмотрел на нее как-то странно – взгляд потухший, зубы страдальчески сжаты, на скулах играют желваки. Можно было подумать, что его скрутил острый приступ боли, невыносимой, выкручивающей нутро. – Ни в чем, – глухо вымолвил он, пришпорил Дамаска и понесся вперед. И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей. И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай.

14. Лето. 2001. Москва: Мовлади

14. Лето. 2001. Москва: Мовлади

На следующий день приехала Марта. Мовлади познакомился с ней всего несколько месяцев назад, но за это время молчаливая, коротко-стриженная блондинка стала его правой рукой. Последний месяц Марта провела в дальнем Подмосковье, и только сейчас добралась до Москвы. Несмотря на то, что Марта была женщина, к тому же – европейская женщина, не верившая ни в какую идею, и работавшая только ради денег, но дело свое знавшая отменно. Мовлади доверял ей куда больше, чем скользкому, насквозь лживому Дени. Они встретились с Мартой в центре Москвы, на Якиманке. Напротив, по другую сторону Большого Каменного моста, возвышалась серая зловещая громада знаменитого Дома на Набережной. Плавились на солнце сусальные купола Храма Христа Спасителя. Ему нравился раскинувшийся по обе стороны моста город, с его высотками и древними особнячками с деревянными кружевами под крышами, с извилистыми лентами рек и выгнутыми спинами мостов, с встававшими по правую руку башнями Кремля и бесчисленными машинами, гудевшими за спиной. А под мостом проплывал катер, и на нем шумела свадьба, и веселых молодоженов увлеченно снимал свадебный фотограф – все щелкал и щелкал огромной своей камерой, и бликовало солнце на стеклах длинного обьектива… Марта ждала Мовлади на мосту, у парапета. Ее коротко-остриженные светлые волосы светились на солнце этаким нимбом. – Ну как? – поравнявшись с ней, спросил Мовлади. – Чисто. Можно ехать. Они подошли к машине, в которой остался ждать Дени. Мовлади резко взял с места, не дожидаясь пока Марта захлопнет дверцу. Времени было не так уж много, чтобы все успеть. Сначала поехали к складу в Бирюлево. Небольшой ангар был очень удобно расположен – две улицы, ведущие к нему, гарантировали возможность быстрого и безопасного отхода. В двух кварталах расположился чахлый скверик. Это был третий вариант отхода. Тихими перебежками можно было бы уйти в сторону Кольцевой Автодороги. Внутри ангара вдоль стен выстроились пустые металлические стеллажи. В дальнем углу – сантехнический блок: туалет и душевая кабина. Рядом помещались большой холодильник и газовая плита с баллоном. На втором ярусе – бойлер и бак для горячей воды. Все предельно рационально. Мовлади медленно обошел ангар по периметру, зачем-то сосчитал шаги, коснулся шершавой стены – прохладный серый бетонный блок: прочно и просто, ничего лишнего. Он обернулся к Дени, ждавшему у входа: – Надо купить комбинезоны, восемь спальников, консервы, посуду. – Как я один все это дотащу-то? – заныл Дени. – Возьми Марту с собой. Она поможет.