Дэвид не мог устать. Триста отжиманий — а он не то что не вспотел, даже дыхание не изменилось. Попросили задержать дыхание. Он не дышал шестнадцать минут и тридцать секунд, после чего почувствовал дискомфорт. Эберт убежала обрабатывать новые данные.
А я с трудом убедил Алекса не продолжать серию испытаний уже с Сэмом и Элис. С девочкой было проще, я лишь объяснил, какие проблемы сопровождает обычное общение с ней, и Траск успокоился. С Сэмом было сложнее, но и здесь главным аргументом была неготовность к таким испытаниям. А на то, как Сэм заряжает аккумуляторы, можно было взглянуть и на видео.
После всего этого мы вызвали армейский MD 500 и полетели в гости к нашему юристу. Я начинаю привыкать к бонусам, тот же вертолёт здорово экономит время.
Йонатан занимал дорогие апартаменты, которые непременно впишет в счёт, но, к его чести, именно комфортные, без лишней роскоши и бросающегося в глаза лоска. Комфорт, необходимый далеко не молодому мужчине для хорошей работы. Только поэтому я отнёсся к этому спокойно.
Нам сразу принесли чай, ещё до того, как я задал свой вопрос, давая начало разговору.
— У нас на повестке дня общение с президентом, через три дня. К тому времени всё, о чём я говорил, должно быть подготовлено. Давайте, Йонатан. Рассказывайте, как продвигается ваша работа.
Мужчина несколько секунд смотрел мне в глаза, что-то быстро перебирая в голове, и перешёл к делу.
— Сразу скажу, что я ознакомился с вашими наработками, а также обновил все необходимые знания по теме. В общем-то, я готов приступать к работе над документами, осталось решить два вопроса. Один чисто косметический. Как будет называться новый документ, на который впоследствии будут даны все ссылки из прочих юридических уложений.
— Кодекс Хёрта! — предложил Алекс, и уже мне. — Ты, как основатель, обязан запечатлеть своё имя в истории.
И пока я раздумывал над ответом, Йонатан кивнул:
— Принято, звучит хорошо, и сразу будет понятно, о чём речь.
— Стоп! Что? Какой ещё кодекс имени меня?
Юрист ничуть не удивился моему возмущению:
— Почему нет? Кодекс супергероев, поверьте, будет звучать куда хуже. Да и использование слов «герой» или «супергерой» приведёт к юридическим конфузам. Любой идиот, надевший яркий костюм с Алиэкспресс, будет считать себя вправе называться героем, а значит, и ссылаться на документ. И даже если мы первым же пунктом будем уточнять, к кому именно относится наш кодекс, проблемы, поверьте, не решит.
Его тут же поддержал Алекс:
— Единственный Хёрт, которого я знаю — британский актёр. Так что кодекс с твоим именем ни с чем не перепутают.