— Да и проход заодно нашли, — похвастался Кеннет. — Ну и надо же, чтобы население империи знало своих героев, у нас тут и журналист. Правда, бесполезный и бестолковый, — он показал на Кена Райджо, который стоял у стены, прижимая к себе разбитую камеру. — Инструмент сломал.

— Вот же срань, — расстроенно протянул Ермолин. — А я думал, меня по ящику дома покажут. Всем бы потом хвастался.

— А что поделать? — вздохнул Кеннет.

Часть отряда тем временем протискивалась дальше, разведкорпус и разведка десанта продолжали свою миссию. Один перерезал идущий вдоль стены телефонный кабель.

Мимо прошёл лейтенант Смирнов.

— Вам лучше стоять здесь, у дыры, господин офицер-инспектор, — посоветовал он. — Воздух слишком тяжёлый, пары игниума токсичны. Можете задохнуться.

— Я могу посторожить это место, — предложил Кеннет и поднял пистолет. — А вдруг кто-нибудь тоже свалится сюда сверху? И ударит с тыла. А здесь же могут пройти сапёры, будет быстрее.

Лейтенант кивнул и оставил одного бойца, чтобы прикрывал. И ещё одного отправил наверх, чтобы тот доложил командованию о найденном проходе и показал его.

Один десантник легко забрался, оставив противогаз Кеннету, второй занял позицию. Кеннет устало выдохнул, надел чужой противогаз, тщательно протерев его внутри, после нашёл упавшую фуражку, но оставил в руках. Подумал, что фуражка на противогазе будет смотреться слишком комично.

— Вот так-то, — сказал он журналисту.

Тот, уже наевшийся войны, не отозвался, а просто смотрел на сломанную камеру, замерев в ступоре.

— Это тебе не это, — продолжил Кеннет и сам задумался над смыслом сказанной фразы.

Впереди грохнуло, а затем послышались автоматные очереди. Глушитель в тесном пространстве звук не приглушал вообще.

Та-та-та-та!

Затем одиночные выстрелы, чей-то вскрик, но сверху началась канонада артиллерийской пальбы, и вряд ли на базе слышали этот бой внизу.

— И как прошло? — спросил Кеннет у возвращающегося Шутника.

— Всё хорошо, господин офицер-инспектор, — сказал тот. — Зачистили, ждём сапёров. Я их встречать пришёл.

— А чего у тебя стёкла в противогазе запотели? — спросил Кеннет, покосившись на него.

— Дефект, наверное, — Шутник неловко отвернулся, снял противогаз и протёр стекло изнутри рукавом, но оно тут же запотело снова.

Гул вертолёта приблизился, несколько сапёров в форме десанта вскоре начали спускаться.

— Может, лучше отойти подальше? — спросил Кеннет и огляделся.

— Не успеем, господин офицер-инспектор, — сказал Шутник. — Если взорвётся, то разнесёт всё в радиусе километра. Будет сильнее, чем пятитонная игниумная бомба.