Кеннет поёжился. Но тоннели уже зачистили, он подумал и пошёл вслед за сапёрами, поправляя противогаз.

— Вы же офицер-инспектор Кеннет? — восторженно спросил один. — Я про вас в учебке смотрел.

— Именно так, — спокойно отозвался тот и всё же водрузил сверху на противогаз фуражку. — Правда, мы не снимали учебный фильм, как я разминирую бомбу, так что вы, ребята, в этом понимаете куда лучше меня.

Сапёры засмеялись. Кеннет двигался дальше, заметив позади рыжую шевелюру, стянутую ремнями противогаза. Райджо тоже зашёл в помещение.

На складе игниумом почти не воняло, вентиляция работала, и Кеннет с облегчением стянул противогаз, мокрый изнутри. Ручные фонари вырубили, свет был только от тусклых ламп на потолке. Повсюду стояли цистерны с игниумной пастой, они занимали почти всё место.

Здесь же были помповые машины для прокачки пасты на крепость. Всё для того, чтобы летающая махина могла быстро заправиться, буквально за считаные часы. Некоторые машины сломаны, но их починят быстро.

А ещё на цистернах была заложена взрывчатка, от которой тянулись провода.

— Слушай сюда, — говорил лейтенант Смирнов бойцу. — Поднимись наверх, передай, что в саду найдены вредители, мы ищем капкан.

Кеннет не знал кодовые слова для этой операции, но догадался, что это значит, что они нашли взрывчатку, но не нашли пульт, которым можно всё взорвать.

Самое логичное — пульт для подрыва находится у командования диверсантов. Хотя все провода туда уже перебили, но взрывчатку в действие могла привести радиодетонация. Хотя наверху такой детонатор бесполезен, сигнал не пробьёт через толщу земли, а внизу его до сих пор не нашли, хотя обыскали всё.

Здесь же лежали тела. Были как только что убитые бойцы Дома Накамура, так и местный персонал, захваченный и расстрелянный ещё раньше, утром или даже прошлой ночью.

— Вот это запомни, — Кеннет показал тела журналисту. — Когда будешь писать про нарушение правил войны. Это вообще-то гражданские специалисты были, а их перестреляли накамурики.

— Здесь раненый, — раздался голос одного из десантников. — Раненая, — поправился он.

Кто-то посветил фонарём. На полу лежала черноволосая девушка в чёрной гражданской одежде — свитере с высоким воротником и простой юбке. Свитер впереди был испачкан кровью, ей попало в живот.

— Вот же срань, — процедил Ермолин. — Что она тут забыла? Наверное, снабженка. Рана свежая. Случайно, видать, зацепили. Чего поделать, в темноте палили, не видели.

Кеннет посмотрел на её лицо, смуглое, с острым подбородком и заметными скулами. Потом на чёрный платок, выглядывавший из-под воротника свитера.