Бауэр потёр висок и полуприсел на крыло автомобиля:

— Слишком всё быстро. А я уже не молод. Слишком быстро всё происходит!

— Нормально всё будет! Вы, главное, вот что сообразите: лесопилка ваша на картах хоть как-то обозначена?

— Конечно! — закивал он. — Лесопилка Бауэра, северная часть Кюбрунвальда, в трёх километрах от Хёрерсдорфа на северо-запад. Туда идёт одноколейка, — заторопился вдруг Бауэр объяснить мне ещё раз решение своей группы. — Если бы смогли как-то ликвидировать охрану и потом захватить поезд, то можно туда всех эвакуировать. И не сразу найдут. Следов ног-то не будет. А поезд потом…

Что они потом планировали сделать с поездом, Бауэр договорить не успел, потому что ожила рация:

— Я Крафт, приём! Я Крафт, приём!

Бауэр схватил микрофон.

— Мастер на связи. Мастер на связи, приём!

— Дерунову. Подтвердите персональные коды. Приём. — Рихард споро уступил мне место.

Пришлось вновь диктовать длинные цепочки цифр.

— Подтвердите наличие данных.

— Дерунов, подтверждаю.

— Место эвакуации?

— Дерунов. Место эвакуации — лесопилка Бауэра, северная часть Кюбрунвальда, в трёх километрах от Хёрерсдорфа на северо-запад. Подтвердите приём точки.

Я убедился, что связист зафиксировал адрес без ошибок и заявил:

— Дополнение! Дополнение!

— Слушаю!

— Дирижабль должен иметь возможность принять гражданских. Триста человек!

На том конце поперхнулись.

— Дерунов, вы в своём уме?

— Я — да. Дирижабль должен иметь возможность принять гражданских. Повторите. Триста гражданских! В противном случае передача невозможна.

Давить, так давить!

«Телефункен» хрюкнул и вдруг заговорил совсем другим голосом:

— Дерунов! Разведданные точные? — О! Наверное, начальника какого пригласили.

— Так точно, вашвысокбродь! Абсолютно!

— Добро! Заберём твоих людей!

— Зафиксируйте дату эвакуации, — прежним суровым голосом продолжила рация. — Дирижабль прибудет в означенную точку семнадцатого января в час тридцать пополуночи.

Тут я запнулся:

— Раньше никак?

— Произвести эвакуацию ранее означенного времени не представляется возможным.

Да едрит его в корень! Впрочем, расстраиваться рано. Надо сперва решить вопрос с охраной и людей из накопителя вывести, а потом уж думать, как полтора суток продержаться.

— Принял. Прибытие дирижабля семнадцатого января в час тридцать пополуночи. Дерунов сеанс связи закончил!

Я отошёл от рации. Чего ноги-то так подкашиваются? Перенервничал, не иначе. Нагнулся, снега зачерпнул, протёр лицо. Во-от, уже лучше.

Бауэр топтался около машины и вопросительно смотрел на меня. Махнул ему:

— Сворачиваемся.

Как марш-бросок пробежал, честное слово.