А вот это уже хамство, извините.
Кажется, начальница поезда тоже так подумала, потому что холодно сказала:
— Если вам больше не нужны слушатели, то у меня ещё огромное количество работы.
— Идите-идите, — высокомерно позволил этот тип. Я прям представил, как он ручкой эдак поводит, и преисполнился к нему неприязни.
Глава 4 ВОПРОСЫ ПОСЛУШАНИЯ
ПО МОЮ ДУШУ
Южная Моравия, русский санитарный поезд
11 января 1948 года, незадолго до полудня
Аркадий
За дверную ручку бокса взялись с той стороны, но тут хлопнула ещё одна дверь, и голос недавнего безопасника, которого Мурка драла, спросил с дальнего конца вагона:
— Ну как, Анна Кирилловна, не приходил в себя наш подопечный?
Она ответила довольно громко — надо полагать, чтоб явившийся некромант тоже услышал:
— Мне тут поставили на вид, что я недостаточно образованна, чтобы заниматься такими пациентами, — в этом месте безопасник аж поперхнулся, — так что я пока другими займусь. А его, я надеюсь, сейчас на ноги поставят.
Ручка двери моего бокса брякнула и вернулась в прежнее положение. Этот новый решил поговорить с пришедшим, значит.
Шаги безопасника торопливо приблизились, замедлились…
— Здравия желаю, ваше преподобие!
Ага. Выходит, кто-то из владык смерти по мою душу с таким апломбом прибыл. Потому что обычному священству воинское приветствие не полагается. Но прибывший в чине не выше иерея, иначе бы он «высокопреподобием» был.
Хотя явление кого-то высокого ранга было бы странным. Нос у меня до «высокопреподобий» не дорос. Это только к бабуле в её травную мастерскую большие чины из монастыря Марка Печёрского приезжают*. Там таких серьёзных дяденек приходилось видеть — о-го! Даже раз матёрого бойца в чине архиепископа. Из-за угла, правда. Или тайком из окошка, из-за тюлевой шторки подглядывать, потому что нам, детям, строго-настрого было запрещено у важных людей под ногами путаться…
*Это центральная обитель, занимающаяся подготовкой некромантов в Российской империи.
— Здравствуйте, штабс-капитан, — с глубоким чувством собственного превосходства ответил некромант.
— Могу я осведомиться, по какому вопросу вы прибыли? — безопасник говорил спокойно и буром не пёр, но и не заискивал.
— Удивлюсь я, если вы до сих пор не догадались, — слегка усмехнулся некромант. — У меня предписание забрать рядового Дерунова.
Вот и фамилию нашу уже прояснили.
Подложную пока, не ссы.
— Но у отдела безопасности остались ещё к нему вопросы.
— Прекратите, штабс-капитан! Вы же знаете, что протокол действий при подтверждении инициации отдаёт приоритет нашей обители. Мы имеем пять независимых заявлений, указывающих на инициацию рядового Дерунова. Поэтому он мой, и я забираю его немедленно.