— Первый-то — Славков-у-Брна, где дирижабль упал…
— Это немецкий Аустерлиц, — кивнул Хаген, — сам городок под Коалицией, но линия фронта рядом очень неровная. Важен второй городок, место, где остался Аркадий. Где-то Коалиция продвинулась вперёд рывком, где-то наши союзные войска держат. С учётом того, что вчера подошли части Русского западного механизированного корпуса, часть захваченных территорий была отбита. Как ты понимаешь, я очень внимательно слежу за ситуацией… — Тут Марта тихо заплакала, уткнувшись в платок. Катерина обняла её, тихо что-то бормоча…
Не могу я на это смотреть, ядрёна колупайка!
Я снял трубку. Гудки. Видать, маман уже пар выпустила.
Набрал Витгенштейна.
— Слушай, Петь, как называется городок, где Аркаша потерялся? Хаген спрашивает, чтобы…
Петька тяжко вздохнул:
— Я понял. Не хотел я тебе говорить, и так ситуация не ахти. Бранковице. Позавчера его взяли итальянцы при поддержке механизированных сил франков. Сегодня наши мехи его отбили. Поиски идут, Илюха.
— Я понял. — Я положил трубку и посмотрел на притихшую родню: — Слышали?
— Ну вот, — сказала вдруг Лиза. — А ты, Виталя, говоришь…
Все разом обернулись к ним.
— Ну как же это, — расстроенно сказал Виталий, — муж дома, а ты на фронт?
— На фронт? — испуганно спросила от дверей вошедшая маман.
— Я ухожу, — Лиза решительно прихлопнула по коленке. — Я всё решила. Детей я мужу пятерых родила, подняла. Я не стара ещё, сорок шесть лет, в силе. Оборотни на фронте нужны. Тем более — целители. Завтра улетаю. Зачислена в медицинский батальон.
— Я тоже! — Марта вскочила. — Я тоже могу санитаркой!
— Ну ты-то уж глупости не городи, — укоризненно посмотрела на неё Лизавета. — Санитарок — их мильён, тут особого ума не надо. А ваши с маман эликсиры сколько раненых поднять могут!
— Я здесь, — Марта снова уткнулась в платок, — а мои дети там, среди врагов…
— Вот и думай, — строже сказала Лиза, — что кто-то из подлеченных тобой солдат их спасёт. Выздесь ценны. Не то что я, кочкой для красоты сижу.
Глава 21 КАЖЕТСЯ, ОТВЕТ ГДЕ-ТО БЛИЗКО
НАУКА НАМ ПОМОЖЕТ!
— Да-да, простите нас, Аркадий! — радостно воскликнул отец Бенедикт. — Мы считаем, что нашли точку прорыва.
— Я не могу, меня самого сейчас порвёт! — вытаращив глаза, выкрикнул Мюллер и стремительно вылетел в стену.
— Если вы формировались как некромант, но не были вовремя раскрыты в этой области… — начал Бенедикт. В это время мимо окна с воплем «А-а-а-а-а!» пролетел Мюллер, исчез и всё снова затихло. — Не обращайте внимания! — махнул рукой священник. — Это он от избытка чувств. У него такое и раньше бывало. Так вот, если бы вы углубились в теорию манопотоков…