Пока я размышлял, что ловчее будет — перекинуться туда-сюда или тепло-ветровым заклинанием высушиться, сапёр Коля стёк вниз в салон. Потом сквозь крышу поднялась рука с прихваченной за ухо головой, которая спросила: «Аркаша, ты брезгливый?»
— Так-то не особо, я ж в деревне много жил, а что?
«Тут всё совершенно… кхм… в общем, обосрано. Ну и в крови… Да парень этот тож в совершенную некондицию пришёл. Но если тебе золото надо…» — с сомнением протянула голова.
— Что прям золото? — удивился я.
«Ну от медях-то всяко отличу! — проворчал Коля, выбираясь на крышу целиком. — Они когда залп-то в тебя готовили, ящичек достали, понимаешь, а я и заглянул. Цацки россыпью. Серебрушки выбирали оттуда. Кажись, они перед тем как девчонок в бордели передавать, грабили их нещадно. По-моему, там даже зубы есть…»
— Фу, бля.
Противно, ядрёна колупайка! Но золото мне может понадобиться. Ну мало ли — вдруг? Универсальное платёжное средство…
Я спрыгнул на землю, перекинувшись в мишку и сразу обратно. Стало сухо, но… к-х-х-ха-а-а… Д-да уж… Наверху-то ветерком с гор основную часть ароматов сносило, а тут — во всём великолепии. И кровища, и дерьмище, и остатки упыря. Прямо стихи…
Может, ну его нахрен?
А понадобится что купить или выменять? Всех грабить, как благородный Робин Гуд? Нет уж…
Я стянул гимнастёрку, оставшись с исподней рубахе, и обмотал ею лицо. Хоть чуть-чуть полегче стало. Тяни не тяни, а внутрь надо.
Поднялся по ступенькам, стараясь не наступать на самые отвратительные пятна.
Бедолагу Бенеша от выстрела пушчонки разбросало и по салону, и по капоту, и по Райнеру… Чётко идентифицировать удалось разве что ноги, оторванные по колено, да и те…
Ну и гадость же…
Согласен. Мерзость натуральная. По ходу, прав я — если поднятое тело не подпитывать, разлагается оно в разы быстрее обычного покойника. Тут, наверное, что-то с энергетическими процессами связано, но сейчас от вони мне прям думать было затруднительно.
Водителю, который оказался Райнером, «всего лишь» вырвали кадык да ещё в спине пара серьёзных дыр образовалась. Тоже от пушки досталось. А вот кто «порадовал», так это старый знакомец Отто. Работорговец лежал у задней стенки автобуса в обнимку с чугунной трубой, вмятой ему в грудину. Той самой пушкой.
«Отдачей убило, — со знанием дела протянул сапёр. — Кто ж с такой дуры с рук стреляет? Совсем ума нет! — Он подлетел к небольшому ящичку и ткнул пальцем: — Вот оно, глянь».
Глянул. И в правду — золото. Крестики, цепочки, кольца, медальоны. И серёжки, серёжки… Твари, сколько же вы девушек-то продали?.. Всё — кончилась ваша бандитская удача!