За окном заполошно завыли кошки, как будто их свежевали наживую. Юсиф вскочил, схватил кинжал и… рухнул навзничь. Он уже не видел, как в окно влезло то, что могло быть только порождением ночных кошмаров, схватило его тело и опять скрылось через открытое окно второго этажа.

А вот пробуждение не задалось. Юсиф разлепил глаза, решил потянуться, вот только это не получилось. Он скосил глаза и увидел, что крепко-накрепко привязан к креслу. Причем, как можно было видеть, сделано все со знанием дела. И он был совершенно голый.

Он обвел взглядом комнату. Какая-то саманная халупа, полуразвалившаяся, почти без крыши. Вряд ли его похитители будут здесь держать, а значит… Вот тут у него пробежал холодок по спине.

— Ну что, как себя чувствовать в неловком положении? — спросил смутно знакомый голос из-за спины.

— Покажись, падла. Очко порву!

— Не давай обещания, которые можно исполнить, — сказал голос, и перед ним появился тот, кого он и не ожидал увидеть.

— Ты живой?

— А почему мне не быть живым? — сказал Арман, и осмотрел себя с ног до головы. — Как видишь.

— Но тебя же схватили мусора!

— Как схватили — так и выпустили.

— Ссучился, — с чувством сказал Глухой. — Мусорам продался.

— Да я как-то и не продавался вроде…

— Стой! — дошло до Глухого. — Ты не Арман!

— Если про того, про кого ты думаешь — да, — подтвердил ему выходец с того света.

— Ты джинн! — со страхом сказал Глухой. — А-а-а…

— Да подожди ты орать, — сморщился Арман, который не-тот-Арман. — Я человек. Вот.

Он больно ткнул пальцем в кадык Глухого.

— Чувствуешь? Только я действительно Арман. Настоящий Арман. А не та нежить, которую ты привел в Ат-Балай и поставил на часть района. А меня вот интересует, кто тебе его подогнал и заставил взять на побегушки, шакалить на лавочниках.

— Да иди ты, — рассмеялся Юсиф. — Сдохни, мусор поганый.

— Это неправильный ответ, — сказал я.

Юсиф только усмехнулся.

— Зря усмехаешься, — сказал Арман. — Сейчас я тебя кое-с кем познакомлю.

И тут опять из-за спины вышла красивая женщина, и встала рядом с Арманом.

— Обработать его? — спросила она.

— Ага, — кивнул тот.

— Правое или левое? Выбирай! — сказала она Юсифу.

— Что правое или левое? — в ужасе спросил он.

— Яйцо, какой ты непонятливый, — нетерпеливо пояснила красавица. — Или оба?

Вот тут Юсиф пустил струйку под себя, глядя, как лицо красавицы на глазах превращается в морду чудовища из ночных кошмаров, а руки превращаются в лапы.

— Вввыбирррааай!

Красавица обернулась монстром и ее лапа с когтем потянулась к причиндалам Юсифа. Тот заорал, пытаясь пошевелиться, но чудовище никуда не делось.