— Уж сделай одолжение, — проворчал Ешэ. — И зарубите оба себе на носу: вражда в семье всегда выходит боком.

— Не всякое зло можно забыть, — упрямо возразил Лис.

Он не ожидал, что Доброгнева вдруг вышагнет из круга ему навстречу.

— Не можешь забыть — прости — кажется, так говорят в Дивьем царстве? — Она наклонилась к нему и прошептала на ухо: — Да, я больше не желаю тебе зла, поэтому смогла выйти. Главное, не забудь, что я тебе рассказала сегодня. И о данном мне слове помни. Тогда я сохраню и твои тайны.

Она забрала из рук Лиса свой кинжал, подняла плётку и, поклонившись присутствующим, ушла прочь. Вскоре даже звук её шагов стих. А дядька Ешэ, покачав головой, буркнул:

— Иди уже. Нечего тебе тут делать.

Пришлось Лису убираться восвояси.

Он вышел на свет, когда в небе догорали последние сполохи заката, и хотел было направиться к себе, чтобы хорошенько поразмыслить о случившемся, но вместо своей привычной комнаты обнаружил лишь голые стены. Два злыдня, кряхтя и охая, тащили вниз по лестнице тяжёлый сундук.

— Эй! Куда⁈ А ну стоять! — Лис перегородил им дорогу, но в ответ получил лишь глупый бубнёж, мол, Кощей велел наследнику переезжать.

Пришлось разворачиваться и тащиться в бывшие палаты Доброгневы. Слуги постарались, чтобы о прежнем хозяине тут ничего не напоминало, но в воздухе всё равно витал запах ненавистного можжевелового масла. Лис первым делом переоделся в чистую рубаху, а потом распахнул окна пошире и сам вышел на веранду. Нет, делайте с ним что хотите, а здесь он спать не будет. Лучше уж прикорнуть в саду под кустом.

Он перемахнул через невысокую балюстраду и спрыгнул в заросли лебеды пополам с крапивой.

— Так и знала, что ты не захочешь там ночевать, — усмехнулась темнота, и Лис узнал голос Маржаны. Саму мару видно не было — хорошо же они умеют прятаться.

— Чего пришла? — буркнул он.

Сегодня ему было не до любезностей. И почему, когда так хочется побыть в одиночестве, нелёгкая вечно кого-то приносит?

В следующий миг он едва не вскрикнул от неожиданности: Маржана возникла прямо у него за спиной и дунула в ухо. После этого уже ей пришлось отскакивать от небольшой молнии, сорвавшейся с пальцев Лиса.

— Ты какой-то сам не свой, — она нахмурилась, наконец-то выйдя из тени на лунный свет. — Прежде мне не удавалось застать тебя врасплох. И ты не швырялся заклятиями в ответ на невинные шутки. Рассказывай, что стряслось.

«Пошла вон, — хотел сказать ей Лис. — Не твоего ума это дело».

Но вместо этого выдал совсем другое:

— Эй, а ты случаем не знаешь, где мой отец хранит волшебный рушник, который может мостом через Огнь-реку обернуться?