— Опиши. С точностью до мельчайшей детали. До последнего винтика.

Сергей, нервно сглотнув, начал говорить. Сначала его речь была сбивчивой, прерывистой, но под пристальным взглядом Нолана постепенно становилась увереннее. Тот задавал острые, цепкие вопросы, безжалостно перебивал, возвращая свидетеля к, казалось бы, незначительным мелочам: оттенок обивки, изгиб подлокотников, даже способ крепления к палубе. Он вытягивал информацию, словно опытный следователь — тщательно, методично, пока не добирался до самой сути. И чем больше деталей всплывало в памяти Сергея, тем крепче становилась внутренняя уверенность Нолана. Эти кресла… они не были стандартной моделью.

Такие обычно устанавливались только на скоростные яхты. И вот так совпадение, одно такое судно действительно недавно прибыло в эту систему.

— Наёмники, — Нолан скрипнул зубами. Он не верил, что в это захолустье помимо группы Ниамеи прилетела ещё одна яхта.

Убедившись, что из работяги больше не выудить ничего нового, он отпустил Сергея. Тот выходил из допросной, оглядываясь каждые два шага — всё ещё не веря, что остался жив.

Нолан остался один.

Он уставился в пустоту, мысленно выстраивая цепочку событий. Всё сходилось. Если кресла от яхты Ниамеи, а сама она теперь в плену у Декстера, значит, их суда столкнулись.

Пазл, мучительно долго не поддававшийся сборке, наконец, щёлкнул — один за другим встали на место все элементы. И всё стало до омерзения очевидным.

Вот оно. Вот почему.

Вот почему на этого мальчишку, жалкого, испуганного, на вид совершенно бесполезного, вдруг начали смотреть слишком многие.

Пацан был не просто пешкой. Он стал невольным курьером. Вот зачем перед визитом на станцию Декстер садился на Орино. Новоиспечённый капитан на время спрятал там груз украденных консерв.

— Он всё время был у него.

Ярость вскипела в нём, обжигая изнутри. Ему отчаянно захотелось сорвать этот гнев криком, крушить без разбора всё, что попадётся под руку. Ведь если бы он не поддался на уговоры шерифа, не свернул обратно на станцию, а продолжил свой изначальный курс к колонии Соунми, он уже схватил бы и девку и пацана. Он вернул бы похищенные припасы и, что самое главное, свою прежнюю жизнь.

* * *

Орбитальная станция Солис.

Статус: находится в осадном режиме.

— Чем обязан? — голос Фогеля звучал ровно, почти без интонаций, но в глубине ощущалась холодная настороженность.

— Прошу, проходите, присаживайтесь, господин Фогель, — вежливо, с чуть наклонённой головой, ответил человек в идеально выглаженном сером костюме. На нём не было ни знаков отличия, ни опознавательных жетонов. Лишь спокойная, почти безэмоциональная маска на лице.