— Все! Сейчас же в поселок — и прочь отсюда!
— Погодите, товарищ Цзинь, — попытался урезонить я его. — Дело еще не сделано…
— Да катитесь вы к демонам с этим вашим делом!
— … и деньги вами пока до конца не отработаны, — с нажимом закончил все же я.
Как уже упоминалось, десять юаней аванса он получил, но еще десять по-прежнему оставались на кону.
— И с деньгами вашими катитесь! Угроблю сцепление — вовек за него не расплачусь! И двигатель — вон как уже нагрелся! — треснул он по приборной панели — на этот раз, правда, не кулаком, а ладонью. — Так вообще из-за вас без машины останусь!..
— Давайте все-таки… — начал было я.
— В общем, так, товарищ Чон, — безапелляционно перебил меня Цзинь. — Я возвращаюсь в Пхеньян. Немедленно! С вашим мотоциклом — или без, тут — как хотите. Кстати, впритык уже с ним успеваю!
Блин, вот последнее — своего рода аргумент… Но как таки быть с горой пустых ящиков?
— Товарищ Чон! — окликнул тут меня с заднего сиденья Ким. — Можно вас на пару слов? — кивнул он на дверцу.
Мы с ним вышли из машины.
— Товарищ Чон, пусть себе едет, если так припекло, — проговорил узколицый. — Лишь бы мотоцикл ваш в ремонт отвез! А ящики мы и сами в теплицу отнесем. Пешком. Сейчас заберем где-то половину, пойдем — как раз к ужину обернемся. А вторую половину — после ужина перетащим.
— Годится, — помедлив, кивнул я. От нашего чека до теплицы, шагать было, конечно — не ближний свет, да еще и с ношей… Но раз сами вызвались… — Спасибо, Ким, — поблагодарил я узколицего — и вернулся в машину. — Хорошо, — хмуро кивнул Цзиню. — Едем с вами в поселок за мотоциклом — не заворачивая к теплице. Но оставшиеся десять юаней тогда не получите.
— Да засуньте их себе знаете куда⁈. — буркнул водитель.
В итоге фиолетовую «пятерку» я ему все же у гостевого дома отдал — вместо голубой «десятки». Как-никак человек повезет мой байк, пусть уж будет с ним поделикатнее! Да и большую часть обещанной работы Цзинь, если уж на то пошло, сделал… В общем, простились мы с ним пусть и не добрыми друзьями, но и без явной взаимной злобы. Нормально, считаю, разошлись.
* * *
— Товарищ Чон!
Уже переодевшись из грязного рабочего комбинезона к ужину, я завернул к стендам у главного входа в здание Администрации — глянуть, сколько там нам удалось отыграть у конкурентов за вчерашний день — сегодняшние итоги еще, понятно, подведены не были. Тут-то меня и окликнули.
Я вскинул голову: на ступеньках стоял товарищ Гу, ответственный секретарь нашей ячейки Союза молодежи. В бригаде у меня он, понятно, не числился — безвылазно торчал в Пхеньяне.