— Как же иначе? — пожал я плечами. — Посадка риса — дело государственное! А не поведем отечественное сельское хозяйство к новым необозримым высотам — и кто сделает это за нас? — добавил с каменным лицом старого игрока в покер.
И, уточнив напоследок у собеседницы дорогу к теплице, умчался в желтый туман.
13. Алиби
Вопреки сомнениям Шим Ку Ан — да и, признаться, моим собственным предварительным прикидкам — в качестве развозной колхозной лошадки Кавасаки оказался далеко не безнадежен. Ящики с рисовой рассадой были довольно длинными и широкими, но в высоту не превышали половины традиционного корейского фута-чхок — то есть где-то сантиметров пятнадцати. На багажник я их водрузил три — один на другой — крепко привязав веревкой тетушки Мин. Но это было только начало — еще по четыре ящика мне в итоге удалось подвесить по бокам, в местах для крепления кофров.
Работники теплицы сперва наблюдали за всем этим, словно за увлекательным цирковым шоу, но в какой-то момент прониклись и принялись мне помогать. Даже поделились еще одной веревкой — которая пришлась очень кстати, без нее у меня едва ли вышло бы задуманное.
Конструкция у нас, конечно, получилась не самой надежной, а с виду — так и вовсе авантюрной, но все худо-бедно держалось — по крайней мере, при пробном заезде вдоль теплицы, предельно малым ходом, сразу не рассыпалось.
Напутствованный пожеланиями удачи и настойчивыми напоминаниями, что пустую тару из-под рассады непременно надо вернуть назад сегодня же, я тронулся в путь к полю.
Покатушки, конечно, у меня выдались те еще. Постоянно приходилось оборачиваться — проверять, как там груз. Трижды я был вынужден останавливаться, слезать с байка, поправлять «поехавшие» ящики и подтягивать ослабшие веревки. Однажды, уже спешившись, едва успел поймать предательски соскальзывавшую с багажника поклажу. А еще однажды — угрозу прозевал, и три набора рассады с удовольствием кувыркнулись наземь.
Один из свалившихся ящиков при этом треснул, другой — и вовсе раскололся пополам, живописно усеяв дорогу молодой рисовой порослью.
Я дернулся было собрать упавшее, но передумал: до места, где я обычно бросал мотоцикл, отсюда уже оставалось едва метров сорок. Считай, довез!
Все же проехав до упора с тем, что не растерял по пути, я потянул из кармана телефон — набрать Ану, единственному из бригады, кроме Пака, чей номер числился у меня в контактах. Хотел сказать, чтобы бывший коллега передал нашим команду выдвигаться за рассадой. И уже с трубкой в руке вспомнил, что мобильник здесь ни фига не берет. На всякий случай проверил: нет, сети не наблюдалось.