Леший странно заголосил. Его клекочущий напев лился по лесу, раскачивая кроны деревьев. Трава вокруг нас успокоилась. Её атаки сменило кое-что другое… Первым оказался дятел, спикировавший на меня из древесных крон. К нему тут же присоединились ещё несколько птиц. Прыгнула с сосны белка, пытаясь вцепиться в лицо. Откуда-то повылезали десятки мышей, чтобы броситься под ноги. Нападки живности я легко и безжалостно пресекал. Откидывал сломанных моими руками птиц, но в суицидальные атаки уже перли новые. И конца-края им не было. Он что, против меня весь лес ополчил? Вот тебе и защитничек природы. Пускает животин на убой, словно французский генерал пехоту под Верденом. И стратегический расклад был уже не в мою пользу. Силы постепенно уходили, а лесные зверюшки продолжали счастливо самоубиваться. Не давали мне спокойно атаковать. Сейчас подвалили уже зайцы и даже бобры. Неприятно, но что будет, когда дело дойдёт до медведей? Или кабанчик какой метнётся под ноги…

Пора заканчивать. План у меня был простой. Активирую метку, а если не помогает, то хватаю Сашу и бежим отсюда до самого Зверинца. Я сосредоточился на запястье, где ныне находился заветный символ. Активация вышла лёгкой и естественной. Инстинкт повелевал. Метка была словно частью меня. Я ощутил, как в этом месте раскрылся канал, через который хлынула сила. Жаркая, удушающая, сводящая с ума и такая знакомая. Я будто снова совокупился с Элен. Тело перетряхнуло. Зажили лёгкие раны от звериных когтей и зубов. Мои же зубы ещё сильнее удлинились. Но это было не всё. Кроме порции силы в меня через метку перетекли два сгустка красной, разрушительной энергии. И я не мог их поглотить. Они будто не усваивались моей сущностью. Внутри, но чужие, и хотелось от них скорее избавиться. Попытался вывести один из них через правую руку. Выплеснуть. Но что-то не выходило. Тогда решил попробовать другой метод.

— Тёмная вспышка!

Может, чуждая сила уйдёт вместе с порцией моей. Получилось. Тёмно-оранжевое адское пламя смешалось с бурлящей красной силой. Сгусток огня вышел заметно крупнее. Он несколько раз дернулся, как пламя костра на ветру. Воздух вокруг меня стремительно нагревался. Я тут же запустил пламя в лешего. И бахнуло. Хорошенько так бахнуло. Вместо обычной вспышки сгусток, ударив по цели, создал красно-оранжевый взрыв с радиусом в метра полтора. Лешего отбросило назад. Бороду ему сожгло, как и рубаху. Куски чёрной шкуры-коры местами вырвало, обнажая серо-зеленую влажную плоть. Кое-где кора тлела, мерцая красным. Лепота. Был дед-бревно, а стал дед-головешка. Но леший ещё жив. Больше того — активен. Он поднимался, пусть и пошатываясь. Хрипло заревел в приступе слепой ярости. Надо добивать. Тем более, что вторая порция красной энергии ещё была внутри меня. Только вот опять метать огонь я уже не собирался. Ринулся вперёд, пользуясь тем, что враг ошеломлён. Разрушительная сила пошла сквозь левую руку.