Как порядочный коммунист я должен был с Элен вступить в спор и аргументировать ее неправоту, но тут Мишенька решился действовать. Решился злодействовать. Я снова прикрыл глаза.

Шаги. Крадется. Открывается дверь… А вот удар клинка и вспышка магии. Затем сдавленный хрип, который сменяется тяжелым дыханием самого Миши. Первое убийство свершилось. Страх уступает место горячке и эйфории. Мерещатся ему сейчас, должно быть, в темноте сорок тысяч марок, баронство и грудастые немецкие фройляйн. Шаги предателя стали тверже. Тук-тук-тук. Глухо стучат туфли по ковру. Тук-тук-тук-тук! Бьется разгоряченное адреналином сердце злодея. Второй удар, затем еще два. Мычащий стон жертвы. Плохо. Мишенька не справился с одного удара. Слишком кровь в голову ударила. Надеюсь, первым он кончил Антона Васильевича. И если нам придется с кем-то драться, то не с ним. Ведь разумно для Мишеньки первым убить самого опасного из магов? Разумно, только вот и боится Антошу он более остальных. Мог начать с цели проще. Опять шаги. Быстрые, нервные. Неуверенность до убийства и горячка первой крови сменились паническим страхом. «Как можно скорее все закончить!» — должно быть, кричит его внутренний голос. И Мишенька снова бьет, но звук странный. Будто ножом ткнули в стекло.

— Что-то не так. — говорю я Элен и описываю услышанное.

— Это Антон. — мрачно ответила она. — Не спал, а дремал под щитом. Чертовы фронтовые привычки. Он проснулся?

— Кажется нет.

Снова обращаюсь в слух. Снова удар и вспышка магии громче. Мишенька пытается пробиться сквозь щит и…

— Проснулся.

— Не захотел Антон Васильевич уходить тихо. — покачала головой Элен. — Что за дурной характер.

«Руки три!» — доносится из комнаты и через секунду глухой стук.

Я легко могу представить, что там произошло. Вспышка из волшебного револьвера делает три изгиба, обе руки несостоявшегося немецкого барона, срезанные по запястье или даже по локоть, падают на ковёр. Мишенька вопит, но за пределами комнаты слышу это только я.

«Пощады! Это Элен. Она застави…»

Звук такой будто Мишеньке голову раздавили. Наверное, так оно и есть. Громкие, тяжелые шаги офицера, брань, крики, разбитая о стену бутылка — он нашел тела остальных.

«Но не так же, братик, но не так…» — доносится его надорванный голос.

Кажется, он уже понимал, что им троим недолго осталось, но не мог поверить, что друзья были заколоты ночью предателем, а не погибли в бою против врагов Отчизны.

Элен поднялась из-за стола, распространяя вокруг себя нити магии.

— Всем непричастным лучше бежать. — объявила она переворачивая стол телекинезом. — Или рискуете причаститься.