— Блин, ты что, так живешь?

— А что поделать… — беззаботно ответила Клара. — Слуг нынче не дают.

— Так сама уберись.

— Я работаю над этим. Изучаю демонологию. Призову потом какого-нибудь беса и заставлю убираться. — важно заявила она.

Любые отмазки, лишь бы не браться за веник.

Впервые видел Клару так близко. Глаза у нее были разные. Правый зеленый, а левый желтый. Интересно, это у неё с рождения или трюк какой-то, чтобы больше на ведьму походить? Одета Гинзбург была в короткое черное платье без рукавов и… все? Возможно, конечно, она носила белье, но не бюстгальтер точно. Лямок я не заметил. У нее была довольно крупная для ее роста грудь. Увесистая, можно сказать. В прошлом наряде это сложно было оценить. Теперь же в вырезе манила взор ложбинка. Ведьмочка сидела на кровати, поджав босые ноги.

— Зачем пожаловал?

— Сесть где-нибудь можно?

— Да вон стул. Кидай с него все на пол и садись.

Я скинул на пол несколько деталей гардероба среди которых было довольно красивое платье из темно-зеленого шелка, пара свитеров и красное кружевное белое. Удивительно, но все вроде даже чистое. Зачем заваливать стулья чистыми вещами — загадка.

— Нравится? — вдруг спросила она.

— Красивое.

— У меня такого вагоны. — похвасталась она. — Платья, парфюм, корсеты, кринолины, бельишко с кружавчиками. Когда наши кралечки, графини, герцогини и баронессы отсюда побежали впереди своего визга, то много всего осталось.

— Это ворованное все? — нахмурился я.

— Тю. Экспроприация. Норма революционной жизни. Все равно они никому не нужны особо.

Так вот почему в комнате такие завалы одежды. Наверное, шкафы тоже забиты под завязку.

— А драгоценностей ты случаем не натаскала, подруга? — с подозрением спросил я.

— Не, что вы, товарищ чекист. Можете тут все обыскать. Ни грамма золота нет. Честное еврейское.

— Ну-ну. Ты играй да не заигрывайся. Граница между хулиганством и преступлением иногда очень тонкая.

— Есть, товарищ начальник! А тебе эти тряпки не нужны, случайно?

— Зачем?

— Ну давай подууумаем… — лукаво протянула она фразу, отводя глаза. — Ты вроде живешь буквально в женской тюрьме для волшебниц. Вряд ли им там дозволено иметь наряды. А я этих фиф знаю. На многое готовы лишь бы выглядеть благородно. Да и тебе самому разве не приятнее будет на них смотреть?

Верные мысли.

— И ты мне просто так их будешь отдавать?

— Да я бы с радостью… — скривила губки ведьма. — Но сам подумай, я тебе помогаю, а ты мне ничего. Как-то не по-товарищески выйдет, а?

— И что ты хочешь взамен?

— Водку, например. Табак. У нас тут типа сухой закон. А вот на охрану и ЧК это не распространяется.