Западный ход уходил вниз под уклон градусов в двадцать. Пол мокрый, известняк скользкий.

Потолок местами опускался до четырех с половиной футов, и там приходилось идти согнувшись. Кассия дошла до развилки, где ход сужался и потолок падал совсем низко, села и дальше не пошла.

Я оставил ее на развилке. Она устроилась поудобнее и стала ждать.

Стены я обследовал методично. Светил «Кел-Лайтом» под острым углом к камню.

При косом свете каждый шов и неровность отбрасывают тень и делаются заметнее. Я медленно вел лучом, фут за футом, искал разницу в цвете и в фактуре раствора. Шаги считал про себя, чтобы потом перевести в ярды и записать.

Ярдах в ста десяти от развилки я нашел то, ради чего пришел. Участок стены шириной около четырех футов.

Раствор заметно светлее окружающего известняка, кальцитовой корки на нем нет вовсе. Старые стены вокруг затянуло серым натеком, а эта закладка стояла чистая и свежая, кальцит тут еще не успел нарасти.

Я постучал по кладке костяшками. Звук пошел глухой, гулкий, за стеной пустота.

Вскрывать я не стал. Навинтил вспышку и отснял стену «Никоном».

Общий план, край закладки, срез раствора в трещине. Карандаш из блокнота приложил для масштаба, линейку с собой не взял.

Каждый план снял по два кадра, с поправкой на пол-ступени. Вспышка в темноте дает осечку и хоть один кадр из двух выйдет отчетливым.

Расстояние от развилки отмерил шагами еще раз, в обратную сторону, для проверки, вышло те же сто десять ярдов с небольшим. Зарисовал в блокнот развилку, линию уклона и ориентиры по дороге, характерный выступ породы, лужу на повороте.

Обратно поднимался медленно. Кассия ждала на развилке там же, где я ее оставил.

Поднялась навстречу и пошла впереди, к выходу. Ферн запер за мной решетку и проводил до парковки.

Снаружи серый день, тусклое солнце висело над голыми холмами. Я убрал «Никон» и блокнот в машину.

В ста десяти ярдах под землей осталась свежая закладка с пустотой за ней, вскрывать ее предстояло по всем правилам, с ордером и понятыми. Кассия запрыгнула на переднее сиденье и заняла его целиком.

Я поехал в офис и остаток дня писал отчет и прикидывал как быть дальше. Вечером поужинал и лег пораньше.

К семи тридцати над холмами едва развиднелось. Туман лежал в низинах вдоль дороги к пещере, а на голых ветках над грунтовкой висела вчерашняя влага, замерзшая за ночь в тонкие иголки инея.

«Шевроле Импала» шестьдесят девятого года выкатился из тумана ровно в срок, выцветший до неопределенного цвета, в подтеках ржавчины над колесными арками, с заиндевелым лобовым стеклом, по нему дворник продавил мутный полукруг.