«Придется резать всех несогласных, иначе бояться не будут. Какая на хрен Джамахирия — до народоправства тут века должны пройти. В общем, благие помыслы остались благими помыслами, а мы все живем в жуткой реальности. Так что придется поступать по суровым законам нынешнего времени, раз иного варианта нет!»
— Так и сделаем, и следующий раз поднимемся с тобой на этот минарет, когда Гургандж предстанет в прежнем величии! А пока пошли вниз — спуск будет не столь тягостным как недавний подъем…
Город впечатлял, хотя большинство зданий, построенных из кирпича-сырца, были разрушены. И сейчас Бекович размышлял над тем, сколько нужно времени, сил и средств, чтобы восстановить Гургандж, который будут связывать именно с его именем. Хива останется для него чуждой только потому, что там очень сильны позиции духовенства, которое примет многие из его нововведений в «штыки». И особенно прибывших вместе с ним гяуров — русских, шведов, казаков, да тех же калмыков-буддистов, которым есть что предложить, чтобы они перешли на службу именно к нему.
«Чингиз-хан решил проблему просто — перебил мулл, и земля ему покорилась. А мне нужно действовать гибче, методом кнута и пряника. Переманить на свою сторону лояльных ко мне имамов и суфиев, и к будущим переменам, а таких здесь хватает, и не так мало. И сделать упор на их учеников, то есть мюридов. А значит взять под контроль медресе, особенно те, которые начнут готовить кадры для управления государством».
Бекович прикинул варианты, и жестом подозвал к себе визиря — они стояли в тени величественного мавзолея, брать с собой шатер или кибитку для поездки на короткое расстояние он не стал, хотя верблюды заранее доставили воду для людей и коней. Да на полпути можно было отдохнуть в оазисе — небольшом саду, где имелся колодец, и проживало несколько семей дехкан, что выращивали урожай на небольших огородах.
— Ты сказал, что большинство слуг придворных бывшего хана именно сарты, и они ведали всеми делами?!
— Да, мой повелитель — ведь не станут же беки утруждать себя делами! Они только принимали подношения и требовали себе вознаграждения. А смотреть за работами им не хотелось.
— Подготовь заранее проскрипционные списки — всех ханских прихвостней от власти нужно отрешить немедленно, оппозицию нужно подавлять исключительно репрессиями!
— Я уже их составил — резать надо всех, гаремы и детей продавать, богатства отнимать. А репрессии, — старик не понял этого слова, но по наитию быстро догадался о содержимом понятия, — лучше делать казнью на колу, она устрашающая, и заливать глотку расплавленным курдючным салом. Можно сварить в котлах, перебить кости колотушками или содрать кожу. Палачи очень опытные и выполнять любое твое повеление.