— Конечно, — согласился Плотников, — но вы подтверждаете, что было убийство?

— Вы и сами это прекрасно знаете, Андрей Геннадьевич, — улыбнулся Волков. — Характер его ран таков, что нанести их себе сам он никак не мог. Это все равно что по рассеянности перестать дышать.

— Владимир Иосифович упомянул, что вы можете сказать, какой предположительно был рост у злоумышленника.

— Он был примерно одного роста с убитым, сто семьдесят пять сантиметров. Удар был четкий. Метили именно в затылок. Возможно, хотели оглушить. От такого удара часто случается временная потеря зрения и человек теряется. Хотя иногда зрение не восстанавливается, если нервная ткань повреждается сильно.

— Криминалисты нашли отпечаток ноги сорок первого размера, — поделился Плотников.

— Это вполне попадает в усредненные антропометрические данные. Хотя прямой связи между ростом и размером обуви нет. Сам ношу тридцать восьмой, — развел руками Волков.

— Когда можно ждать отчета по сегодняшнему телу? — спросил Плотников. — Парень пропал около двух недель назад.

— Что ж, это, конечно, затруднит наши исследования, но я постараюсь не тянуть, Андрей Геннадьевич. Я прекрасно понимаю всю срочность исследования, и предварительный отчет можете ждать от меня уже на следующей неделе.

— Благодарю вас, Александр Федорович. — Они подали друг другу руки, и Плотников покинул кабинет.

* * *

В комнате для допросов за столом, слегка накренившись влево, сидел Кривой. Руки его были закованы в наручники сзади. Лицо хранило сосредоточенное жесткое выражение. Лоб то и дело прорезали глубокие морщины, а губы кривились в злобной усмешке.

Плотников сел напротив и включил запись будущего допроса. Магнитофон зашумел бобинами, и это означало, что ни одно слово подозреваемого не пропадет напрасно.

— Вот что, Семен Михайлович, у меня для вас плохие новости, — сказал Плотников и достал из папки фотокарточку Васильева. — Ваш знакомый Борис Васильев найден сегодня мертвым недалеко от деревни Бунаково.

— С чего вы взяли, что он мой знакомый? — скривился Кривой. — Первый раз его вижу.

— Вот как? — совсем не удивился Плотников. — А мы насчитали примерно четырех свидетелей, которые видели вас вместе.

— Ну и что? Может, рядом случайно оказались.

— То есть вы подтверждаете, что были в деревне Бунаково? — Плотников подался вперед.

— Нет! — отрезал Кривой.

— В таком случае, где вы были четвертого июня? Напомню вам, что это была суббота.

— А я помню?! Записей не веду, — расплылся Кривой в гаденькой улыбке.

— Вы напрасно паясничаете, Семенов. Ваши нечестные действия, кражи — это одно. Подозрения в контрабанде — уже другое. Ну а обвинение в убийстве — это уже совсем скверная история. Вы так не считаете?