Как-то все изрядно запуталось.

Выезд на поверхность перегораживала массивная металлическая дверь, опускающаяся сверху. Кто-то, скорее всего, цинты не стал мудрить с механизмом открывания и попросту прорубил себе дорогу через металл. Охранники встретили этого кого-то огнем, поверхность ворот вокруг отверстия была выщерблена пулями, но мертвых тел в непосредственной близости не наблюдалась.

Убить симба не так уж просто, если ты сам не симб.

За дверью было темно. Решив, что Лже-Игорь вряд ли решит устроить мне засаду, я вылез наружу, и преодолел тридцать метров идущей вверх под довольно крутым наклоном дороги. С поверхности доносились звуки проигрываемой кем-то схватки, в основном состоящие из тяжелого дыхания, бессвязных выкриков и предсмертных стонов. У самого выхода из тоннеля я приказал Сэму убрать оружие, чтобы меня не выдало его предательское свечение, и остановился, прислушиваясь.

Был короткий выкрик, а потом что-то, как я подозреваю, мертвое тело, упало на землю. И наступила тишина.

Бой закончился, и я почему-то был уверен, что команда, в цветах которой я выступал, в нем не победила.

* * *

Я не трус.

В прежние времена любой, кто посмел бы бросить в мою сторону обвинение в недостатке храбрости, немедленно получил бы вызов на поединок и предложение выбрать секундантов, и если он был не в состоянии ответить мне на высшей дуэли, я без колебаний пронзил бы его шпагой в обычной схватке.

Я был солдатом. Я защищал позиции и ходил в атаку, участвовал в диверсионных операциях и ходил в одиночные рейды. Я не боялся смерти в своем родном мире, и, уж тем более, я не боялся ее здесь, и все же, мне чертовски не хотелось выходить на поверхность и лезть в эту драку. Просто потому что мне до сих пор было непонятно с кем именно я дерусь и ради чего.

Кем бы ни был Лже-Игорь на самом деле, у меня не было ни единой причины желать ему смерти. Он убивал моих врагов, людей, которых я бы и сам с радостью отправил на тот свет, и добился на этом поприще значительных успехов. Если посчитать, то мы с ним вдвоем за пару стычек убили больше симбов, чем сопротивление за все годы своего существования.

Кроме того, однажды я уже переоценил свои силы и сцепился с Ван Хенгом, и результаты той схватки оказались для меня весьма плачевными. Второй раз наступать на те же грабли мне не хотелось.

Но у меня был приказ, поэтому я приказал Сэму вернуть мне мое оружие и вышел на поверхность.

У въезда в тоннель стояли три черных микроавтобуса, на которых сюда приехали люди Ван Хенга. Борт одного из них был изрезан мечом, как консервная банка, на земле лежало шесть мертвых тел.