Пока не знаю.

— Есть ли какая-то информация относительно того, где они берут такое оружие? — спросил я.

— Ты встретишься с человеком, который будет сопровождать тебя часть пути, — сказал Ван Хенг. — Он расскажет тебе все подробности, которые тебе необходимо знать.

Ясно. Сам цинт себя утруждать не намерен.

— А могу я спросить о чем-то, что не относится к делу?

— Спрашивай, — снова дозволил цинт.

— Просто любопытство, не более того, — сказал я извиняющимся тоном, потому что подозревал, что вопрос ему не понравится. — Что с нихонцем? Удалось его поймать?

— Пока нет, но охота продолжается, — сказал он. — В любом случае, это не твоя забота, Иван.

— Говорю же, просто любопытство.

Ван Хенг нажал на кнопку, отвечающую за открывание двери, ясно дав мне понять, что высочайшая аудиенция закончена.

— Машина отвезет тебя в аэропорт, — сказал он.

Я даже не особо удивился, это было вполне в его стиле. Снять с одного задания и отправить на другое, даже не дав мне вещички собрать. С другой стороны, собирать мне было особо и нечего, и большая часть одежды, которую я носил здесь, там, куда я отправляюсь, мне не пригодится.

А кроме одежды у меня в этом мире ничего своего и не было.

* * *

Моего спутника, того самого, который должен был проделать со мной часть пути и рассказать подробности о задании, звали Женей. Он был примерно моего возраста, худой, вертлявый и одетый в имперскую военную форму со споротыми нашивками. Мы встретились с ним в авиационном ангаре, куда меня привез водитель Ван Хенга.

Женя лежал на груде какого-то барахла и курил сигарету, уставившись в железный потолок, по цвету не слишком отличающийся от местного неба.

Доставившая меня машина уехала, и мы с Женей остались вдвоем в полупустом ангаре. Поскольку он не обращал на меня никакого внимания, я подошел к груде коробок, на которой он возлежал, и пнул одну из них ногой.

— А! О! — сказал он, спрыгивая вниз и протягивая мне руку. — Ты уже здесь, да? А я что-то задумался. Женя.

— Иван, — сказал я.

— Давно работаешь на старика?

— Около года, — сказал я. Догадаться, что под стариком он имеет в виду Ван Хенга, было несложно. — А ты?

— Лет пять, — сказал он. — Или шесть. А какой сейчас год? Впрочем, это неважно. Нашу карету еще не подали, так что падай куда-нибудь на коробки и расслабься.

— Куда мы полетим? — спросил я.

— А тебе не сказали? Во Францию, а уже оттуда — морским путем через Атлантику. Но это уже без меня, на кораблях меня укачивает.

— Самолётом было бы быстрее, — заметил я.

— Самолеты они сбивают, — сказал Женя. — Правда, корабли они топят, но так шансы проскользнуть гораздо выше. Я бы оценил их пятьдесят на пятьдесят. А самолетом — десять на девяносто. Девяносто, как ты понимаешь, на то, что не долетишь.