Сейчас в ногах Величко было пусто.
Я обвёл взглядом бокс. Тени от мониторов ложились на стены неровными прямоугольниками. Стул с Семёном. Штатив с капельницей. Тумбочка. Аппарат ИВЛ. Стойка с оборудованием.
Подоконник.
Шипа была на подоконнике.
Она не спала. Только стояла, и стояла так, что у меня по спине пробежал холодок, который не имел отношения к температуре воздуха.
Застыла. Как ледяная статуя. И смотрела в темноту сквозь метель.
Я подошёл тихо. Не потому что боялся спугнуть. Шипа прекрасно знала, что я вошёл, духи чувствуют присутствие людей задолго до того, как те появляются в дверях. Тихо потому что Семён спал, и мне не хотелось его будить раньше времени.
— Шипа? — позвал я ментально, вложив в мысленный голос столько спокойствия, сколько смог. — Метка проснулась?
— Нет, — ответила она, не оборачиваясь. Голос тихий, ровный. Без кошачьего сарказма, без привычного «двуногий, ты задаёшь глупые вопросы», без той ленивой интонации, которая появлялась у неё, когда она считала собеседника ниже себя по рангу. А она считала так почти всегда. Но сейчас в её голосе не было ничего. Пустой, механический звук, как автоответчик.
Это пугало больше, чем любой крик.
— Тогда что? — я подошёл ближе к окну, вглядываясь в снегопад. — Люди Серебряного на подходе, Кобрук говорила, минут тридцать. Может, ты чувствуешь их транспортный модуль?
Шипа медленно повернула голову.
Её зелёные глаза, обычно прищуренные с кошачьим высокомерием, сейчас были сужены в тонкие, светящиеся щёлочки. Яркие. Слишком яркие для полумрака бокса, настолько яркие, что на мгновение зелёный свет лёг бликом на стекло.
— Я не знаю, кто там на подходе, двуногий, — произнесла Шипа. — Но я чувствую, как сюда мчится беда.
Глава 15
Шипа не двигалась.
Её силуэт на подоконнике казался вырезанным из стекла. Лоб прижат к оконному стеклу, уши развёрнуты вперёд, каждый волосок на загривке стоит дыбом. Хвост замер в горизонтальном положении, не покачиваясь. Так не выглядят кошки, которые просто насторожены. Так выглядят часовые за секунду до того, как горизонт взрывается.
Семён за моей спиной зашевелился на стуле, скрипнув ножкой. Я слышал, как он трёт лицо перебинтованными ладонями, пытаясь согнать остатки сна.
— Шипа, — я шагнул ближе к подоконнику. — Мне нужно больше, чем «беда». Что конкретно ты чувствуешь? Направление, расстояние, характер угрозы. Ты хранитель со стажем, а не деревенская бабка с плохим предчувствием. Давай по существу.
Кошка медленно отлепила лоб от стекла. Повернулась. И то, что я увидел в её глазах, заставило меня замолчать.