– Да, это так похоже на тебя, – сонным голосом пробормотал Конор. – Я сразу понял, что ты очень вспыльчивая и не умеешь себя контролировать.

– Вы думаете, это разумно – оскорблять меня, когда у меня под рукой целая сумка скальпелей и иголок? – проворковала Лин и тут же пожалела об этом.

А если он разгневается? Трудно было сказать, что у него на уме, как он отнесется к малейшим проявлениям фамильярности, к самому невинному юмору. Король Теван, дед нынешнего монарха, однажды велел казнить актера, который играл его в сатирической пьесе.

Но принц Конор лишь устало улыбнулся и произнес:

– И что теперь? Я думал, что сразу усну.

– Да, вам нужно отдохнуть. – Она помолчала и неохотно продолжала: – По правде говоря, мне следовало бы остаться здесь до утра. Убедиться в том, что талисманы подействовали и что кровотечение не возобновилось.

Принц несколько мгновений лежал очень тихо.

– Женщина никогда не проводила ночь в этой комнате, – произнес он. – Никто никогда здесь не ночевал, кроме нас с Келом.

– Если вы предпочитаете, чтобы я ушла, я могу попросить Кела или королеву…

– Нет, – поспешно перебил ее принц. – Ты не должна меня бросать, это безответственно. Я могу истечь кровью.

– Я буду молиться Богине о том, чтобы этого не произошло, – официальным тоном ответила Лин и встала с кровати, оставив Конора среди подушек.

В дверях она остановилась и бросила взгляд на фигуру, наполовину скрытую занавесками. Спина принца походила на карту, раскрашенную алой и серебряной красками.

«Исцелись», – произнесла она про себя и прикоснулась к груди в том месте, где была спрятана брошь; потом уронила руку и вышла в коридор.

И чуть не столкнулась с королевой – та стояла под дверью, скрестив руки на груди. Изумруды мерцали в свете факелов. Лин показалось, что она так и стояла все это время неподвижно, словно статуя, не ходила взад-вперед, вообще не шевелилась. Это было неестественно. И куда подевался Кел?

– Я отослала Келлиана. Хотела, чтобы он отдохнул, – произнесла королева, как будто прочитав мысли Лин. – Он был слишком возбужден. Я предпочитаю, чтобы в критических ситуациях меня окружали спокойные люди.

«Где отдохнул?» – удивилась Лин. Но, разумеется, в башне принца имелись дюжины роскошных спален. Она посочувствовала Келу, который наверняка не мог сомкнуть глаз, лежал один в темноте и тревожился за своего принца.

– Врач, – резко произнесла королева, – расскажи мне о моем сыне.

«А если я скажу, что он умер? Меня сбросят со скалы в море, на корм крокодилам, как когда-то Асафа? И что будет, если я спрошу у тебя, почему ты позволила избить его плетью, почему не остановила это? Правда ли, что ты ничего не могла поделать?»