Передав договор маме на изучение, он добавил:

— Кроме того, мы готовы выплатить половинный аванс и за вторую часть романа. Она, кстати, уже написана?

— Нет ещё, только собираюсь её писать, — ответил Антон. — Но кое-какие материалы уже есть.

— Замечательно! Напишешь для нас? Сколько тебе времени понадобится? Нам бы хотелось… Давай вместе посчитаем. В первой части тридцать три главы, с прологом и эпилогом — тридцать пять. Публиковать будем по пять-шесть глав в номере. В общем, к июню успеешь? Такой же объём. Как раз на весь год публикацию растянем.

Антон молча кивнул.

— Да, к июню, хорошо бы! — продолжил Никульковский. — А то там обком тебе и вашим ребятам — членам «Клуба книголюбов», обширную программу на лето готовит, но это пока секрет. Ну а не успеешь весь текст написать к июню, не беда, главное, текущие номера всегда закрывать, что бы перерывов не было, читатели это не любят.

Антон опять согласно кивнул.

И тут в разговор вмешалась мама! Она дошла в чтении договора до графы «Гонорар» и от того, что она там увидела, ей стало плохо. Она испуганно тыкала пальцем в бумагу и мычала что-то нечленораздельное. Её руки дрожали, а буквы в договоре будто расплывались перед глазами: 4492 рубля за первую часть, 2246 — аванс за вторую. Немыслимые деньги: столько отец зарабатывал за полтора года. И всё это за то, что её сын просто писал в тетрадке по вечерам⁈

Главред подал её стакан воды, дождался, пока она немного успокоится и грустно сказал:

— Да, я понимаю и даже где-то разделяю ваше возмущение, но нарушить закон не могу! Был бы Антон членом Союза писателей, было бы по восемьсот рублей за авторский лист, а пока только четыреста. Давайте вместе проверим расчёт! 11,23 авторских листа умножаем на 400 рублей и получаем 4492 (четыре тысячи четыреста девяносто два) рубля. И ещё аванс за вторую часть 2246 (две тысячи двести сорок шесть) руб. Итого: 6738 (шесть тысяч семьсот тридцать восемь) рублей. Всё в договоре написано верно. Остальные 2246 рублей получите после полной готовности второй части.

Анатолий Васильевич сочувственно посмотрел на совершенно сникшую и молчащую маму и, видимо, решил её ободрить:

— Да вы не расстраивайтесь, это же только первая публикация. Потом, наверняка, будут и другие, в других журналах. Может какое-то издательство и отдельную книгу решит издать. А если ещё и экранизация будет… А все права остаются у Антона, так что это точно не последние деньги.

Мама посмотрела на Антона, тот кивнул, она взяла ручку и всё также молча, дрожащей рукой подписала договор.

— Вы сейчас идите в кассу, — резюмировал встречу главред. — А я попрошу водителя, что бы он вас на редакционной машине довез до самого подъезда. Не надо вам с такими деньгами на общественном транспорте ездить. И ещё… вы уж с супругом создайте дома условия для юного дарования, он у вас молодец, заслужил.