Кроме лыж, в спортзал привезли и другой новый инвентарь — маты, мячи — футбольные, баскетбольные и волейбольные, боксёрские перчатки, футбольные бутсы, коня и козла.

В столовой на столах появились белые скатерти, а разномастные кривенькие тарелки с лейблом «Общепит», разнокалиберные кружки и алюминиевые ложки-вилки, заменили на вполне приличный одинаковый фарфор с красивым «детским» орнаментом и симпатичные приборы из нержавейки.

В коридорах появились удобные кожаные диваны и кресла весёленьких цветов. На стены повесили картины сибирских художников, в основном, пейзажи и натюрморты.

В слесарной мастерской, где у мальчиков проходили занятия по предмету «Труд», поменяли весь станочный парк. Древние монструозные — сверлильный, фрезерный и токарный станки, поменяли на компактные и современные. Заменили на новый весь сильно потрёпанный слесарный инструмент — тиски, ножовки, напильники, молотки и так далее.

В столярной мастерской появился токарный станок по дереву и новые рубанки, фуганки, стамески и струбцины. Учитель труда Василий Иванович Бубнов цвёл, как майская роза, и был трезв, как стекло. Но это неточно.

Девочкам в класс «Домоводство» привезли новенькие электрические швейные машинки «Чайка» и целый ворох тканей, обрезков, тесьмы, резинок и других швейных материалов.

Одноклассники встретили Антона, как обычно, шумно и доброжелательно, про кино никто ничего не слышал, а перемены в школе восприняли, как данность, некоторые, вообще, их не заметили. А вот учителя уже смотрели в сторону Антона каким-то новым взглядом — смесью интереса, удивления и насторожённости, словно ожидая подвоха.

А после шестого урока Антона вызвали к директору…

Разговор по существу

Халтурина была в кабинете одна. Задумчивая и сосредоточеная, она велела секретарю ни с кем её не соединять и им не мешать, пока не закончат.

— Антон! — начала разговор Елизавета Ивановна. — Наконец-то ты выздоровел. Я, пока ты болел, держала оборону одна и тебя не беспокоила, болезнь — причина уважительная. Но уже никак! Мне каждый день звонят из РайОНО, обкома, райисполкома и двух райкомов, и спрашивают, как им ещё помочь школе и тебе! Я уже не знаю, что просить, выдохлась, честно говоря, да и боюсь сглазить. Прямо сказка какая-то директорская началась. Что ни попросишь, везут!

Халтурина улыбнулась:

— Может школьный бассейн попросить построить? Место за школой есть. Ты как насчёт бассейна, а?

— А что я им такого сделал? — испугался Антон. — Не трогал никого, даже не знаю, где они находятся.

— А вот они тебя знают! И всё это, — она обвела руками. — Благодаря тебе, вернее, твоему роману.