На завод!

И уже под утро ранние прохожие могли наблюдать, как по заиндевевшим трамвайным путям улицы Троллейная в сторону вокзала Новосибирск-Западный, качаясь, едва шёл полузамёрзший, абсолютно голый, грязный и сильно избитый человек, закрывая причинное место ладонями.

«На завод! На завод! Там люди, там одежда! А из „Ямы“ нужно убираться, убьют!» — шептал себе под нос Popov, проклиная себя за невнимательность и самоубийственную любовь к хорошему нижнему белью.

«Идиот! Чего одел-то на задание… вместо их, сатиновых⁈».

Уже перед самым заводом имени Кузьмина Popov остановился и огляделся по сторонам. Огромные железные ворота справа от проходной были открыты и маленький мотовоз втягивал на территорию завода железнодорожную цистерну — шестьдесят тонн, с надписью «Мазут». Это было топливо для печей, разогревающих металл перед подачей стальных слябов на прокатные станы. Чугун грели углём.

«Повезло!» — решил Popov и уже было проскользнул мимо цистерны, собираясь нырнуть в рабочие раздевалки. Там отнять или украсть чью-нибудь одежду или робу, и в ней выйти с завода в город. В общем, спастись.

Но не успел…

Вдруг… из рабочих раздевалок на него обрушилась огромная лава людей, таких же голых, как и он! У некоторых в руках были тазы, вёдра, резиновые перчатки и сапоги. Popov прижали к цистерне так, что он не мог пошевелится.

А потому что, именно здесь и сейчас происходил известный в Новосибирске случай, о котором потом вспоминали многие поколения горожан. Где-то что-то перепутали и вместо мазута в цистерне оказался чистейший этиловый спирт. И вся ночная смена рабочих, голыми, прямо из душевых, бросилась его разбирать, пока ВОХРа с наганами не отогнала людей от проклятой цистерны.

Толпа голых мужиков подхватила Popov и забросила с собою, обратно в душевые, при этом саданув об острый угол уже итак избитое тело киллера, и тот на некоторое время потерял сознание. Очнувшись и осмотревшись, он отказался верить происходящему! Везде в душевых сидели, стояли и лежали голые люди и пили спирт из всего что нашли, и во что его набрали. Из резиновых перчаток, из сапог, из ведер.

Так как стаканов и кружек в рабочих душевых не было, люди проявляли смекалку. Так посередине душевой на полу стояла банная шайка со спиртом, а голые люди на четвереньках вокруг неё, плечом к плечу… лакали, лакали, лакали. Кто-то падал и отваливался из «братского круга», но его место тут же занимал другой.

Popov уже ничего не понимал. Его тело и голова были отбиты солдатскими сапогами, а мозги залиты спиртом. И он уже тоже стоял на четвереньках и лакал спирт вместе со всеми.