Нас принял управляющий кредитным отделом — сухопарый японец с непроницаемым лицом. Он выслушал Хлынова, проверил бумаги нотариуса, затем посмотрел на меня и Соломона.

— Шестьдесят тысяч иен, господа. Плюс проценты за просрочку — двести иен. Только после внесения суммы в кассу банк снимет обременение с имущества, — заявил японец.

Я кивнул Соломону. Тот поставил на полированный стол тяжелый кожаный саквояж. Открыл замок.

Внутри ровными рядами лежали пачки японских иен. Твердая, ничем не обеспеченная, но самая надежная валюта на Дальнем Востоке на сегодняшний день.

Клерки пересчитали деньги быстро, используя специальные счеты. Управляющий кивнул, поставил несколько иероглифических штампов на закладную квитанцию Хлынова и выдал мне официальный документ банка о снятии запрета на отчуждение имущества.

Лесопилка на окраине Пристани, со всеми складами и тупиком, официально стала моей собственностью. Чистой, без долгов. Будущая база для корпорации князя Арсеньева.

Мы вышли из кабинета. Остановились в холле.

Я кивнул Тимохе. Он тут же вынул из внутреннего кармана сверток, предназначенный Хлынову. Отдал купцу. Это были деньги, обещанные при нашем первом разговоре.

Тот принял наличные, прижал их обеими руками к груди, как ребенка. По его обрюзгшему лицу потекли слезы.

— Век не забуду, князь… — всхлипнул Ефим Петрович. — С того света вытащили. Спаситель.

— Не тратьте время на лирику, господин Хлынов, — сухо ответил я. — Покупайте билет и уезжайте. Прямо сейчас. Воздух Харбина вам более не полезен. Прощайте.

Купец кивнул, подал руку Соломону и быстро выбежал из банка.

Я смотрел ему вслед и не испытывал ни жалости, ни торжества. Как говорил один киноперсонаж — ничего личного, только бизнес. Хлынов получил шанс и возможность сохранить голову на плечах. Мне достался необходимый актив. Все честно.

— Блестящая операция, Павел Александрович, — тихо произнес Соломон. — Вы отжали у японцев кусок мяса прямо из глотки, а они даже сказали вам «аригато». Я начинаю верить, что ваши слова про нового хищника в океане — не пустой звук.

— Это только начало, Соломон Маркович, — я поправил манжет рубашки, — А теперь мне пора. Часики тикают. Спасибо за поручительство и за ссуду. Будьте любезны, сообщите нужный адрес и имя. Мы договаривались.

— Конечно. Вам нужен полковник Игнатов, — произнёс ростовщик.

Он оглянулся по сторонам, проверяя, не оттираются ли рядом японцы, затем тревожно посмотрел на меня.

— Вы все еще не передумали, — констатировал Соломон с каким-то сожалением.

— Да. Вопрос решенный. Где мне искать господина Игнатова?