Навсегда.

Паника и недоумение вдруг сменились горькой тоской. Настолько сильной, что ничего, кроме нее одной, на душе не осталось.

Все. Конец. Моя жизнь, все, чего я добился, все, что любил, все, к чему стремился — стерто. Обнулено. Как будто меня никогда и не было. А взамен — вот это. Чужая, никчемная жизнь в умирающем городе. Жизнь выпивохи и коррупционера.

Не знаю, сколько я вот так сидел на койке, глядя в одну единственную точку на стене. Минуту? Десять? Час? Время потеряло смысл.Всё его потеряло.

Память подкидывала точные образы квартиры за пределами спальни. Грязные разводы на оконном стекле, недопитая бутылка коньяка на столике, бардак, запущенность, тоска, въевшаяся в самые стены.

Вот что теперь представляла собой жизнь. Или ее подобие.

А мой разум, к безделью не приученный, продолжал работать. Цеплялся за детали, анализировал, искал выход.

Работать надо с тем, что есть. Что было — того нет, а вместо него… Вотэто . И раз такова моя новая реальность, то у нее должны быть свои правила и свои законы, пока что неизвестные. Я здесь слеп, глух и беспомощен. Нужно разбираться, и быстро.

Нет, я не умру, если не смогу. Квартира все-таки моя, крыша над головой будет, а потеряю работу — могу найти другую, хоть бы даже грузчиком или сторожем. На еду бы хватило.

Но к чему мне такое существование?

Нет, хватит жалеть себя. Время скорби закончилось, так и не начавшись, похандрить можно будет и после. Вся жизнь — ха! — все-таки впереди. Сейчас следовало помозговать немного, и действовать.

Мохнатый все сидел на кровати, не отвлекая меня от мыслей. Он говорил — не прямо сейчас, но в целом имел такую способность. Во сне это казалось забавным, логичной частью бредового сюжета.

Но это не сон.

Простая мысль, и в то же время совершенно чудовищная. Раз я действительно умер и переселился в чужое тело, то и все остальное являлось чистейшей правдой, ежедневной реальностью этого дивного нового мира.

Левитирующие автомобили, колдующие пожарники и медики… Князья, мною спасаемые. Во сне это были просто «спецэффекты», элемент фантастического антуража. Но вот нет. Машины тут действительно висели в воздухе, нарушая закон всемирного тяготения, который я считал незыблемым. Или не нарушая, но каким-то неведомым мне образом сопротивляясь гравитации.

Магия. Настоящая, честная магия.

Не фокусы, не шарлатанство, не продвинутые технологии, замаскированные под чудо. Не заряжание воды перед телевизором, прости, Господи. А самая настоящая магия, как в книжках, какие я читал в детстве.

Вся моя суть, выстроенная на логике, физике, на правилах мира, где у каждого следствия есть причина, взбунтовалась. Это было фундаментально неправильно.