— Справедливо, — кивнула Красная Госпожа, хотя по её голосу было ясно, что она сдерживается, чтобы… не сделать какую-нибудь глупость. — Не видела Астасью уже почти три недели.

Милар, как и всегда, достал свой записной блокнот и сделал несколько пометок.

— У неё были постоянные клиенты? Работала ли она на стороне?

Инга засмеялась. Заливисто и остро. Как звонкая сабля, стучащая о лист железа.

— Дорогой мой капитан, я слежу чтобы у девушек было везде чисто, и чтобы после них ни у кого не отвалился нос или что-то пониже, чем вы, дорогие мои, обычно думаете, — она снова затянулась и, будто невзначай, выдохнула облачко дыма в лицо закашлявшемуся Арду. Да, видимо с Красной Госпожой у него теперь будут сложные отношения… — А уж что они делают в свое свободное время и…

Милар, взведя курок, приставил револьвер ко лбу Красной Госпожи. Со стороны бара, лестницы и «входа» послышалось шевеление и заблестели поднятые параллельно полу стволы револьверов и даже нескольких армейских ружей. Впрочем, стоило Арду приподнять посох над полом, как Инга, все еще не теряющая самообладания, с прежней надменностью смотрящая прямо в лицо Милару, сама элегантно махнула ладонью, и её «работники» опустили железо.

— Пропали дети, старая проститутка, — железным тоном, как молотом, чеканил Милар. — Некоторые из них мертвы. Кого-то пытали. Одного мы не успели спасти сами. Его теперь режут на лоскуты в Черном Доме, чтобы выяснить хоть что-то. И я тебе даю слово офицера, Инга, если ты не прекратишь строить из себя роковую даму, то следующей кого порежут будешь ты. И твои люди. И все, кого я сочту хоть на малую долю причастным к этим смертям.

Милар с силой толкнул револьвер вперед, отпечатывая на коже Инги, сквозь сложный макияж, красный кружок.

— И не смотри на меня так, — Милар выдернул из губ Красной Госпожи сигарету и отшвырнул в сторону. — Не забывайся. Ты преступница. Мамочка в притоне. А мы вторая канцелярия. И вы здесь все, — Милар обвел глазами зал и гаркнул. — Все! Дышитетолько потому, что у нас сейчас есть дело поважнее.

— Ты… — едва было не прошипела Инга.

Её голос заглушил выстрел револьвера и короткий, тонкий, приглушенный выкрик. Красная Госпожа схватилась за обнаженное бедро, из которого побежала струйка крови. На этот послышались даже взведенные курки и Ард уже было решил, что ему придется использовать все свои накопители, но Инга, сжимая зубы, играя желваками, сквозь боль и кровь выкрикнула:

— Нет! — явно отдавая команду своим людям.

— Второй выстрел будет не в мясо, — Милар снова взвел курок и, насколько Арди хорошо знал своего напарника, тот сейчас играл в открытую… — Следующий раз, когда ты забудешь свое место, то я прострелю тебе колено. Затем плечо. Отстрелю, ко всем демонам, твою руку. А после этого, если меня хотя бы немного уколет сомнение в правдивости твоего сердечного признания, мы проедем в Черный Дом.