Раз сегодня визита к начальству не избежать, обязательно ещё раз подниму у них эту тему. Пока что мне шли навстречу. После сегодняшнего ужасного случая, я имел полное право вить верёвки из Малышева и Камагина. Пусть решают мои вопросы, а я… я обязательно отыщу тех уродов. И, если повезёт, они не доживут до суда.
Глава 4
Вечером я уже сидел в кабинете Малышева и выслушивал разнос в свой адрес. В выражениях начальство не стеснялось, крыв по матери так, что даже портовой грузчик бы засмущался. Оказывается, существует масса любопытных комбинаций, в принципе, одних и тех же слов.
Я молчал, зная, что это элемент обязательной программы, скоро Малышев успокоится, и тогда наступит настоящий разговор. А пока нужно потерпеть.
Так и произошло. Он остановился, перевёл дух и заговорил уже по-деловому:
— Я так понимаю, раскрыть по горячим следам не получилось.
Я кивнул.
— Хоть что-то вам накопать удалось?
— Ничего такого. Товарищ Малышев, вы же понимаете — времени прошло немного.
Рассказывать об окурке я не стал. Ещё неизвестно, куда приведёт эта ниточка.
— Это я понимаю, но мне уже из губернии позвонили! Наверняка, завтра свяжутся товарищи из Москвы, — сказал Малышев.
В принципе, я так и думал. Событие не рядовое, всех на уши поставит.
Он пристально уставился на меня.
— Быстров, говори прямо: справишься или нет? Только по-честному, без бравады! Если не уверен в своих силах, лучше сказать это прямо сейчас, я договорюсь с товарищами из Петрограда, они откомандируют сюда толковых сыщиков.
Я нахмурился.
— А вот сейчас даже обидно стало, товарищ Малышев. Мы, конечно, не петроградское УГРО и далеко не МУР, но кое-что тоже умеем.
— Расслабься, Быстров! Я без претензий. Просто хотел помочь.
— Так помогите — я обращался, просил людей для работы. У меня в угро один Леонов за всех зашивается. К тому же он за меня оставался, пока я в больничке лежал. Представляете, сколько всего за это время накопилось!
— Вот же ж, — Малышев хмыкнул. — Будут тебе люди. Уже послезавтра придёт к тебе устраиваться товарищ Ремке. Очень я тебе скажу боевой товарищ — служил в Красной армии, сидел в колчаковских застенках. Его даже к ордену Красного знамени представляли. Мы и подумали: негоже такому ценному кадру в столярах пропадать. Пусть идёт в советскую милицию, служит нашему общему делу.
— Одного сотрудника мало, хотя бы на первое время человек пять-шесть, чтобы дыры залатать.
— Тебе палец в рот не клади, по локоть откусишь, — усмехнулся Малышев. — Клятвенно заверять не буду, но постепенно утолим твой кадровый голод. С Ремке поработай, пусть научится всему. Толковый из него сыщик должен получиться.