— Да ты не журись! Я к тебе Шуляка прикреплю. Он кого хочешь из-под земли достанет. Кстати, а где Шуляк? Что-то я сегодня его ещё не видел, — забеспокоился Кондратьев. — Не заболел часом?

— Да в порядке Шуляк, — заверил я. — Мы с ним пару налётчиков взяли, оформляет их сейчас.

— Ты сказал, с ним? — дёрнулся Кондратьев.

— Так получилось, — ухмыльнулся я. — Сергей, мне тут сказали, что у тебя для меня известия какие-то есть.

— Есть, — Кондратьев посмотрел на Катаева, и тот, поняв, что сведения не предназначаются для его ушей, деликатно ответил:

— Ладно, мужики. Мне пора — пойду искать этого вашего Шуляка.

— Женя, погоди секунду, — попросил я.

— Чего, Жора? — Его глаза блеснули из-под очков.

— Ты тут занятную историю рассказал… Это всё правда?

— От первого до последнего слова. Но ты бы слышал, как её на суде Саня Казачинский излагал: публика аж от хохота рыдала. Правда, самому Сане не до смеха сейчас, ему смертный приговор светит, — помрачнел Катаев.

— Знаешь, Женя, думаю, твоего друга можно вытащить, — горячо произнёс я.

— Ты так думаешь?

— Я в этом уверен. Ты попробуй спасти его — у тебя получится. А история и впрямь занятная, про неё бы книжку написать… Какого, говоришь, цвета был украденный фургон с зерном? — спросил я, заранее зная ответ.

— Вроде зелёного, — произнёс Катаев.

— Ну вот и название для повести родилось — «Зелёный фургон». И пусть её твой друг напишет сразу, как только выйдет на свободу. Людям понравится — даже не сомневайся, — улыбнулся я.

— Я передам Сашке, — сказал Катаев. — Всё, бывайте — я пошёл!

— Удачи! — пожелал ему я с чистой душой.

Катаев ушёл, а моё настроение снова сыграло в минус.

Я повернулся к Кондратьеву, который с интересом слушал наш разговор.

— Выкладывай, Серёга — что опять с мужем моей сестры приключилось?

Тот виновато опустил глаза.

— Не успел ты походу, Жора… Сегодня Александра Быстрова на Гороховую забрали. ГПУ раскрыло какой-то заговор в военшколе. Есть подозрение, что твой родственник замазан в нём по полной. И не он один, в школе идут аресты как среди преподавателей, так и курсантов.

— Ясно, — вздохнул я.

Чего-то такого и следовало ожидать. Если чекисты начали копать, то не остановятся. И, даже если я найду настоящего убийцу Хвылина, вряд ли это сильно поможет Александру, если на него теперь повесят ещё и политику.

Положение хуже губернаторского… Куда ни кинь, всюду клин. Хоть покупай билет и назад возвращайся.

Пожалуй. Я бы так и сделал, если бы не сестра… Но её надо как-то морально подготовить к неизбежному.

— Катерина… Моя сестра знает об этом?