А что, если…?

Хочу ли я видеть себя? Встретиться с родителями, обнять еще раз маму, сказать отцу, что ту пачку сигарет стащил не я, а его младший брат. Заставить маму обратиться к врачу сразу, как первый раз кольнет сердце, а не откладывать визит до последнего. Отговорить деда ехать на рыбалку, на которой у него уведут лодку. Убедить всю родню, чтобы копили иностранную валюту, любыми способами и столько, сколько будет получаться.

Только вот… Что это даст?

Их ли это будет жизнь?

Да, было непросто, местами тяжело, но — это их жизнь. Людей, которые для меня ее уже прожили.

А моя реальность теперь сопит дружно на широкой бабушкиной кровати и ждет, когда к ним вернется мама.

Опускаюсь на лавку, не могу решить, заходить или нет. Забыл спросить у тещи, будет ли для меня место переночевать и куда вообще ложиться. И она ничего не сказала.

В голову приходит шикарная идея для субботнего обеда, вот только надо где-то пару часов перекантоваться.

Что ж, у меня есть такое место. Не бомж, в конце концов.

Поднимаюсь и спешу в нашу квартиру. Теперь иду быстрым шагом. Отдохну немного с удобствами, а потом устрою своим сюрприз.

Двухэтажный дом спит, пробираюсь по коридору, почти наощупь вставляю ключ в замочную скважину, щелкаю выключателем и тут же со стороны дивана раздается женский испуганный крик.

На мгновение меня накрывает волна радости. Аля! Вернулась все же. Осознала, поняла, что поступила неправильно.

— Миша, ты?

На диване, поджав ноги и закутавшись в плед, сидит… Зина.

— А ты что здесь делаешь?

Не знаю, как реагировать. Это ж точно наша комната. Тогда что в ней делает соседка?

— Прости, я думала, что вы завтра только вернетесь. Извини. Не хотела тебя напугать, я не думала… Да, это… Извини… — Она суетливо пытается привести себя в порядок, одергивает подол, запахивает халат, поправляет волосы. И все это время старательно отводит взгляд.

— Зин, все нормально. — Закрываю дверь, сажусь на стул. — Что случилось?

Хочется добавить, почему ты здесь, но у нее такой испуганный и смущенный вид, что не решаюсь еще сильнее вогнать ее в краску.

Оглядываю комнату — вроде, все без изменений. Тот же разложенный потертый диван, сервант, телевизор в углу.

Зина, наконец, приводит себя в порядок, садится и осмеливается посмотреть на меня.

— Генка? — прихожу ей на помощь.

Она приоткрывает рот и застывает. Ее испуганный вид весьма красноречив.

— Пьяный? — уточняю.

— Я пойду. Извини еще раз.

— А сюда как попала? — не обращаю внимание на ее лепетание.

— Так у вас ключ запасной всегда в кармане синей куртки лежит. Вот я и…