— Не получится, извини, — протягиваю руку для прощания, но водитель медлит, поджимает губы и укоризненно качает головой.

— Ну, хоть червонец займи, — жмет ладонь, но не отпускает. — Я Надюхе платок прикуплю или духи.

— Мне пора, бывай! — выдергиваю свою руку и ухожу.

— Думаешь, бабок заработал, так теперь все, нос кверху? — Вслед летит обидка. — Лялька слово дала, что ты мне сотку дашь. А за слова отвечать надо!

Некая Лялька ему слово дала, а я должен за нее отдуваться.

— Ну, и фиг с тобой, — бубнит под нос, его слова долетают до меня отголоском.

А вот с этим заявлением согласен. Таких дружбанов через фильтр пропускать надо.

Варя идет впереди, почти бежит. Ускоряю шаг, нагоняю и иду рядом.

— Варь, а чего такая недовольная-то была?

Пыхтит, но молчит.

— Он тебя обидел? — Если это так, вернусь и порву этого водилу на десяток тузиков.

— Нет, но… — она явно хочет сказать, но сомневается.

— Варвара, подожди, — касаюсь ее плеча, останавливаюсь и разворачиваю к себе. — Что произошло? Выкладывай. Мне ты точно можешь сказать все. Я ведь твой… — на слове «отец» запинаюсь. Непривычно его произносить по отношению к себе. — Я ведь на твоей стороне, — поправляюсь. Сажусь перед ней на корточки и мы оказываемся на одном уровне.

— Не обидел, — бурчит она. — Просто… Дядя Василий заходил к нам, пока тебя не было! — выпаливает и зажмуривается. — Много раз приходил.

— Чего заходил-то?

— Денег у мамы просил. Говорил, что знает, что ты много зарабатываешь, и что ты ему обещал дать взаймы.

— И что мама, давала?

— Нет, гнала его. Говорила, что мы сами бедные. Мы бедные?

В ее широко распахнутых глазах отчаяние и… страх.

— Мы правда бедные? — едва слышно повторяет она.

Не могу разочаровать ее, но и… обманывать тоже не могу. Судя по обстановке, которую я увидел, семейство и правда особо не шиковало. Кроме телевизора ничего особо ценного и нет. Денег, возможно, тоже больше нет.

Последний момент особенно странен, ведь, по словам Зины, я только что вернулся с заработков. Не с пустыми же руками я должен был приехать. Так что я либо пока не нашел деньги, либо их уже нет. Как и матери этих детей.

— Ладно, разберемся! — хлопаю себя по коленке и поднимаюсь. — Идем?

Варя не двигается с места, сжимает руки и жует нижнюю губу.

— Или ты еще что-то хочешь сказать? — снова опускаюсь на корточки.

— А дядя Вася будет к нам еще приходить? — осторожно спрашивает. — Ну, раз мама уехала.

— Он тебя точно не обижал?

— Нет! — заявляет слишком поспешно. — Но обещал уши отодрать, если я расскажу. — Выпаливает она и зажмуривается.

— Та-а-ак! — Злость накатывает волной. Беру Варины ладошки, сжимаю их и твердо произношу. — Выкладывай. Все, что случилось.