Варя снова берет меня за руку, пропускаем красный москвич и переходим дорогу.

— И вот еще, нечего слушать всяких теть Люсь, — стараюсь говорить уверенно. — Своим умом жить будем.

Лишняя информация о моем прошлом мне бы не помешала, но надо поискать другие источники помимо сплетен обиженных теток.

— Она сказала, что ты пьяный, — продолжает Варя. — И что как был неудачником, так им и остался. И шурин опять тебя с панталыку собьет. Но мы ей не верим! — спешно заверяет меня.

Киваю в ответ и не развиваю эту тему. Как они еще умудряются оставаться в здравом уме в этой коммуналке? Постоянно кто-то трется рядом, из личного пространства только жилые комнаты, да и те небольшие. Ладно, разберемся и с соседями, и с жильем, и с этим шурином.

Склады на месте, широкие ворота распахнуты, к ним подъезжает грузовик.

— Кто такой шурин? Все время забываю… — Варя дергает меня за руку. — И панталыка у тебя где?

— Панталыка? — я уже в своих мыслях, не сразу улавливаю, о чем она.

Водитель останавливается, пропуская нас, но как только мы оказываемся на середине дороги, раздается длинный гудок. Ускоряю шаг, гудок повторяется. Открывается дверца, на землю спрыгивает высокий худощавый парень.

— Мишань! Брат! — радостно кричит он. — Чего как не родной-то? — бросается обнимать, похлопывает по спине, сжимает плечи, а потом начинает активно трясти руку.

Брат? В смысле, мы с ним родня или это просто обращение?

— Здравствуй, — отвечаю, оглядываясь на Варю. Она мне сейчас как единственная союзница.

Так, если бы он на самом деле был мне братом, то поздоровался бы и с «племянницей», но он ее как будто не замечает.

— Ну, Мишань, ты даешь! — он снова хлопает меня по плечу, слегка приобнимая. — Как ты меня не разглядел-то?

— Задумался по дороге.

Парень внимательно смотрит на меня, явно ожидая более подробных пояснений.

— Дел много. В садик вот идем, — кивком показываю на Варю. Она отошла чуть в сторону, смотрит на нас исподлобья, руки скрестила на груди, явно недовольна встречей.

— Слушай, базар есть, отойдем на пару слов, — он делает шаг к машине и зовет меня последовать за ним.

— Давай в другой раз, — машу ему и разворачиваюсь. — Спешим.

— Да погоди ты! — нагоняет меня. — Займи сотку до получки, — шепчет на ухо.

— Сколько? — удивленно переспрашиваю. У него зарплата должна быть примерно в этом диапазоне, интересно, с чего отдавать собирается.

— Ну не до получки, — беспечно пожимает плечами. — Ты ж нормально привез. Другана теперь не выручишь? Меня Надюха моя запилила. Свадьбу хочет с размахом, а у меня, сам видишь, какой размах… — кивает в сторону грузовика, как будто я должен считать в этом жесте все тяжести его судьбы. — Позарез деньги нужны.