— Ну, пааа-а-ап! Ну, пожа-а-алуйста! — канюченье и нытье возвращается в эфир.

— Он же там совсем один… — Варя всхлипывает. Ее тонкий голосок звучит настолько жалостливо, что какая-то женщина бросает укоризненно «Сердца у тебя нет!»

— Варь, давай не сегодня. Даже обсуждать это нет сил. Ты лучше вот что скажи. Что к картошке прикупить?

— Ты и огурцы взял? — удивленно спрашивает она.

— Да, а что такого? Вы их не едите?

— Нет, просто мама никогда их не покупала… — она мгновенно грустнеет и снижает шаг.

Битком набитая авоська, трое капризных детей и ни единой мысли, что им еще купить из еды.

Стою перед полкой, на которой в ряд лежат консервы. Все они — килька в томатном соусе. Без вариантов. А что, это даже удобно. Не надо тратить усилия на выбор — скумбрию в маринаде или салаку, шпроты тебе балтийские или черноморские.

Бери банку, что ближе, и на выход.

— Вы лучок еще порежьте, вкусно! — Мимо меня протягивается рука, выхватывает пару банок и скрывается.

А где, кстати, мои дети?

— Ах ты ж чертенок! Ты что творишь? — женщина, которая только что любезно советовала «добавлять к кильке лучок», держит за ухо одного из близнецов.

Тот орет и заливается слезами. При этом активно работает челюстями.

— Ты посмотри, что учудил! Чье дите? — вопрошает она в толпу покупателей. — Тебя как зовут, паразит маленький?

Ребенок орет еще сильнее. Варя со вторым близнецом испуганно жмутся у стенки. Хоть в этом мое желание о походе в магазин сбылось.

Пробираюсь к месту конфликта сквозь народ.

— Нет, это просто невозможно! Только отвернулась, как оттяпал полбатона! — Она высоко поднимает сумку и демонстрирует торчащий батон, который только что лишился своей самой вкусной «жопной» части.

— Отцепитесь от ребенка, — беру Тошу-Гошу за руку и тяну на себя. Тетка не собирается его отпускать.

— Это как же вы его воспитываете? — возмущается она. Один-в-один наша училка литературы, которая на каждом собрании читала родителям лекции о воспитании. Если ходил отец, он потом в красках пересказывал и пародировал ее. А вот если на собрание попадала мама… Ближайшую неделю я помимо мытья посуды и полов должен был «сдавать» ей по одному стихотворению наизусть.

— Сколько мы вам должны?

— Что? — она ошеломленно замолкает. И внешне на русичку, кстати, похожа.

— Сколько стоит ваш батон?

— Двадцать копеек, как всегда. Я вас спрашиваю, молодой человек! — возвращает голосу строгость. — Вы как своих детей-то воспитываете?

— Как надо, так и воспитываю.

Отсчитываю сорок копеек и сую ей в руку.

— Что за?.. — растерянно смотрит на монеты, потом на меня.