Опускаю глаза вниз и вижу — толпа меня прижала к девушке, сидящей на одиночном кресле у окна, в руках у которой была коробка с тортом.

— Предложение приемлемо! — голосом терминатора-Шварценеггера говорю я и делаю вид, что вот-вот сяду на коробку.

— Похож-похож на Терминатора, — хвалит меня девушка, даже не пытаясь убрать коробку.

Не боится.

— Видела «Терминатора»? — спрашиваю я с целью завязать знакомство, ибо девушка в моём вкусе.

— Парень, передай на проезд, — в мою руку попадает пятачок от толстой матрёны, стоящей рядом, которой этот пятачок тоже кто-то сунул.

Да, самообслуживание сейчас в автобусах, и прозрачная касса с билетами, куда этот пятачок кинуть нужно, рядом со мной находится. Невозмутимо отрываю билет, передаю его тетке, а пятак кладу в карман под удивлённый взгляд сладкоежки. Наклонившись к ней, рассказываю анекдот про Раскольникова. Мол, одна старушка — десять копеек, а если десять старушек грохнуть — уже рубль!

— Триста семнадцать рублей шестьдесят копеек он украл, — строго поправляет меня моя слушательница и презрительно добавляет: — Пятачок пропьешь, наверное?

«Совсем юмора не понимает!» — огорчаюсь я и кладу пятак туда, куда и положено.

— Как можно напиться на сворованный пятак? Вот, если бы, как Шариков, два червонца украсть, — грустно шучу я и прокалываюсь.

Понял я свою ошибку не сразу, а когда увидел удивлённо-заинтересованный взгляд девушки. Булгаков, поди, ещё запрещён здесь! Самиздат, конечно, его знает, а вот книги не издаются. Хотя, нас никто особо не слушает, гул стоит такой в транспорте, что себя слышно плохо. А произведение девушка точно читала.

— Давай я тебе на коленки сяду, — предлагает она вставая.

От неожиданности сажусь, и мне на колени падает почти невесомая моя новая знакомая.

— Ты сам как шарик! — хихикая, гладит она мой короткостриженый по моде округлый череп.

— «Шарик — это значит круглый, упитанный, глупый, овсянку жрёт, сын знатных родителей», — поправляю я. — Толя я.

— Я Марина! В гости еду к деду, — представляется девушка.

Смотрит Марина на меня с симпатией и ждет продолжения знакомства.

— Ты где «Собачье сердце» читала? — тихо спрашиваю я.

— Да у деда же! Ой! Дед ругаться будет! Приносят ему иногда литературу, — также тихо говорит Марина.

— Дед в Студе живет? — спрашиваю я, так как мы уже едем по улице Киренского. Cкоро мне выходить на остановке «Гастроном».

Выйти решаю вместе с Мариной, хочу поболтать, о чем ещё пишет самиздат.

— Нет, в Академе! А поехали вместе в гости? — предлагает малышка.

Точно, автобус же идёт до Академа. Оттуда мне потом добираться до дома трудновато. Или пешком час идти, или автобус ждать час, а ещё небо хмурится, и дождь того и гляди, ливанёт. И ещё там Людмилка может нас увидеть, хотя, она сегодня допоздна марширует под руководством Михалковой-Соловьёвой. Отказаться или подумать хорошеньно не успеваю.