Тук-тук…

Казалось, этот звук раздавался все реже, ждать нового удара приходилось все дольше. Нет. Все не может закончиться вот так, не успев начаться. Всего-то и нужно, чтобы спасти моего инкуба, — передать энергию, ту, которая есть во мне, которая прячется где-то в потоке моей магии.

Невольно мысленно коснулась источника своей силы, потянулась к нему, пытаясь понять, что же там есть такое, что проявляется только в моменты высшего блаженства. Магия бурлила во мне, резерв стремился к восполнению, притягивая из окружающего мира силы стихий, закручивая и укладывая их внутри меня, наполняя ведьминским могуществом. Все это было понятно, не ново, привычно. Ничего необычного найти в потоках волшебства, бегущих по моим венам я не могла. Но что-то должно было быть. Просто обязано.

Только однажды в моей жизни был момент, когда я была в том самом состоянии, когда такая необходимая для спасения Лима энергия, била через край. На корабле. С Теодосаляем. Было как-то дико вспоминать об этом, прижавшись щекой к груди Лиманарила, но… Я просто хваталась за соломинку.

В опустошенном сознании зародилась искра решимости. Мне самой, для собственного выживания нужно было помочь Лиму. Нет ничего сильней, чем инстинкт самосохранения, уж в моем случае это утверждение верно, как ни в каком другом. Сколько раз сила проявлялась только тогда, когда я была на грани. Вот и сейчас я на грани, должна разыскать в себе то, что нужно инкубу. Любыми методами, какими странными они бы не были.

Закрыла глаза и вспомнила переплетение теней в каюте, горячее дыхание Тео на моей коже, наши поцелуи, а главное то чувство единение, слияния и восторга, что дарил мне эльф. Как я могла так с ним сейчас? Почему прогнала, накричала? Я отталкивала Лима, не признавала, что он нужен мне, а теперь отталкиваю Тео, не желая принять его помощь. Глупая ведьма!

Сжала ладонь Лиманарила сильнее. Все мое естество хотело помочь ему, было готово отдавать, жертвовать, дарить. Магия сама потекла к кончикам моих пальцев, нагревая их, стараясь передать тепло холодной коже инкуба, но это не помогало. Рука Лима оставалась холодной. Каждая клетка моего тела была напряжена до надрыва, до мелкой дрожи, до выступившей на лбу холодной испарины. Я должна была отдать, чтобы спасти. И спастись.

Вдруг меня пронзило понимание: если бы Тео был рядом, если бы обнял за плечи, шепнул, что я справлюсь, мне стало бы легче, и, возможно, я нашла бы искомое, смогла бы, справилась, сделала невозможное. Но эльфа рядом не было. Надо было его позвать, проглотив собственный стыд, рожденный тем выкриком, тем требованием убираться и больно бьющий по нервам. Нужно было кричать во все горло, но я не могла.