— Пи#дежь! Ты хотел на меня все стрелки перевести, сучий сын! Хотел остаться чистеньким и бабло забрать! Про бабло ты мне, кстати, ваще ниче не говорил! А теперь, козлина, хочешь жить⁈ Ну тада рассказывай!

— Пошел ты нах! — Зло прошипел Бубен и скривился от боли. Тронул окровавленный лоб.

— Ну и ништяк, — ответил Андрей. — Короче, я валю отсюда. До больнички как-нибудь доползешь.

Андрей, было зашагал прочь, но Бубен окликнул его:

— Андрюша! Подожди! Не уходи!

Шелест решительно пошел к решетчатому забору поликлиники. Он старался не замечать криков Бубна и даже приметил место, где один из прутьев спилили. Там, через получившееся широкое пространство, можно было вылезти за территорию больницы.

— Андрей! Прости меня! Затупил я! — Кричал Бубен у Шелеста за спиной. — Затупил я, братан! Надо было тебе все раньше рассказать! Слышь? Не уходи!

— Иди к чертовой матери, — бросил себе под нос Андрей.

— Еще не все потеряно! Мы еще можем получить деньги! Там много! Разделим поровну!

Андрей остановился. Обернулся к Бубну. Тот явно не мог встать, а только перевалился на живот и теперь тянул грязную руку к Шелехову, так, будто хотел схватить его прямо с такого расстояния.

— За мной стоят серьезные люди! За смерть Кулыма дадут много! Хату себе купишь, машину! Обоснуешься как надо! — Не унимался Бубен. — Но если я сдохну, ты так и останешься городской нищетой! А потом тебя мои найдут, и голову тебе свернут! Пути назад нету!

Шелестов на мгновение задумался, потом все же решился. Пошел обратно к Бубну.

— Рассказывай, — буркнул он приблизившись.

Бубен что-то тихо забормотал. Кажется, он ослаб еще сильнее, его кровотечение не унималось. Теперь бандит даже говорить в полную силу не мог. Шелест опустился рядом.

— Че ты там бормочешь? Ничего не слышу.

— Я говорю… — Прохрипел он. — Давай поделим деньги. Если поможешь мне не сдохнуть, я отдам тебе половину денег, что мне Сом Младший пообещал.

— Брехня, — покачал головой Шелестов. — Нужно было нажать на кнопку. Ты, как исполнитель, должен был подорвать Кулыма в машине. А теперь он, может, сам скопытится. Нахрена тебе тогда платить? Хер тебе, а не денежки.

— Мы… мы еще можем все закончить… Я знаю, как…

— Как? — Кивнул Шелестов.

— Долгий разговор.

— Ну, — он встал, — тогда на том свете с чертями своими планами поделишься.

— Нет, стой! Я расскажу! Все расскажу, но позже, не сейчас. Чтобы ты поверил мне, я… я расскажу, кто заказчик. Прошу, присядь. Не… могу… громко говорить…

Вздохнув, Шелестов снова сел на корточки.

— Мамикон, — торопливо заговорил Шелестов. — Мамикон — заказчик.