Фомин, невысокий и щупловатый мужчина, никогда не отличался физической силой. Еще в юности научился он компенсировать недостатки своего щуплого тела умом и хитростью. В зрелости понял, как правильно выстраивать «деловые» отношения и заводить связи.

На протяжении всего срока своей службы генерал обрастал ими, как снежный ком. Были у него друзья и местном МВД и в прокуратуре. После развала страны у генерала появились и другие, более «полезные» связи. Он стал сотрудничать с братками.

Между прочим, на эту мысль его навел старый недруг Сергей Волков. Навел, когда завербовал себе в агенты некоего Кулыма из Армавира. Удивившись состоятельности бандита из такого захолустного городка, Фомин, которому было маловато все скудеющей зарплаты особиста, принял решение действовать.

Вместе с верными его людьми, которых в ведомстве было немало, он пошел по легкому пути: стал крышывать бизнесменов, а также владельцев местных и краевых предприятий.

Надо ли говорить, что рекет приносил неплохой доход, который покрывал все риски и издержки. В том числе и те, что возникали на службе. Достаточно было просто поделиться деньгами с кем надо.

Бандиты тоже относились к крыше, организованной Фоминым, с уважением. Каждый раз, когда слышали они: «нас крышует ФСК», кивали и без лишних вопросов удалялись с предприятия. Никто не хотел ссориться с силовиками. Это тебе не менты в поношенных кителях, которым бандосы открыто смеялись в лица, даже сидя в СИЗО. Которых открыто называли лохами.

На этом Фомин и поднялся. И теперь точно не хотел все потерять. Но будучи человеком умным, он сомневался в правдивости слов Летова.

Он уже пробил о нем кое-какую информацию. Знал он, что Летов отчаянный и смелый человек. А еще умный, несмотря на возраст. Знал Фомин и некоторые слухи, которые о нем ходили. Они совсем не обнадеживали, а только подтверждали репутацию мальчишки.

Но хуже всего было то, что у Летова действительно имелись связи в военной контрразведке. Фомин выудил информацию о том, что Летов помогал им несколько месяцев назад сорвать крупную сделку по продаже чеченцам оружия. Выходило, что у него были возможности связаться с ВКР и попросить содействия во всем этом деле.

Фомина такое обстоятельство неслабо напугало.

Когда зазвонил телефон, генерал даже вздрогнул, чуть не разлив коньяк, который, на американский манер, потягивал из широкого стакана. Несколько непослушных капель даже упали на листы досье, которое генерал уже успел собрать на Летова.

Фомин полез в ящик стола, достал сотовый. Звонил незнакомый номер. Несколько мгновений он решал, стоит ли ему брать трубку. Решившись, он все же ответил.