Я заглушил двигатель мотоцикла у самых ворот особняка, выпрыгнул из седла. Провожатые последовали моему примеру — вышли из машин, с интересом осматриваясь.
— Это родовой дом, — пояснил я и в груди сразу потяжелело.
Мне вдруг почудилось, что я не был здесь сотню лет. Дом словно стал темнее, деревья в саду казались кряжистыми, будто росли на болоте. Дружинники у входа суетливо подхватились, один них открыл ворота и вышел навстречу.
— Здравы будьте, княжич, — поклонился он мне. — Князь не предупредил о вашем визите.
— Мне не нужно спрашивать у него разрешение, чтобы приехать домой, — сухо отозвался я, а потом махнул рукой за спину. — Эти люди со мной…
— Иноземцы, — пробормотал кто-то, когда мы прошли по дорожке.
Я решил не реагировать на эту реплику, так как враждебной она не была.
Под ногами зашуршал гравий. Чуть поодаль, за ровно стриженными кустами мелькнула знакомая шляпа, но она тут же исчезла.
— Зверей не выпускайте, — попросил я своих новых дружинников. — Здесь живут особенные существа, которых нельзя обижать.
Не хватало еще, чтобы они напали на Тихона… И стоило мне о нем подумать, как тут же послушался окрик:
— Барин!
Мужичок выскочил на дорожку и развел руки в стороны.
— Как же я рад вас видеть, барин! Так рад, что и слов не сыскать…
Как раз в этом я сомневался — слов у Тихона хватало всегда. И я не ошибся.
— Старший барин вовсе меня не замечает, — пожаловался дворовой. — Ни поздороваться с ним, ни поговорить. И узнать про вас у него не вышло. Я хотел только спросить, а он отмахнулся и прошел мимо…
— Может быть, ты забыл, что надо «показаться» ему на глаза? — предположил я.
— Эх, барин, мне ли не знать, как высокорожденные порой смотрят на слуг? Считают нас человечками и не уважают ни на грамм… Ваш батюшка знал, чего мы стоим, и как надо уважать нечисть. А братец ваш совсем дикий и не понимает ничего…
Я кивнул.
— Ясно. Поговорю с ним, поясню, как надо себя вести.
Тихон заулыбался, довольный моей понятливостью, и пригладил пышную бороду. А потом вдруг посмурнел и спросил:
— Так вы не насовсем домой вернулися?
— Я только заехал по делам…
— Про Маришку? — голос дворового вдруг дрогнул.
Мужичок вынул из кармана клетчатый зеленый платок, утер уголком глаза, а потом громко высморкался в тряпицу.
— Ты знал? — осведомился я, хотя догадывался, каким будет ответ.
— Знал, барин… — вздохнул Тихон. — Как не знать, ежели эта егоза на моих глазах бегала по саду с ребятней из Морца и воровала яблоки. И завсегда меня видела, даже когда я не хотел, чтобы меня видно было…
— Только потому понял, кто она? — не поверил я.