— Ты… — начал было Владимир, но я поднял руку, призывая к тишине:
— Сперва хорошо обдумай все, что скажешь. Потому что дуэль между ведьмаками на Русальей неделе в мои планы не входила.
— Да как ты смеешь! — тут же вспылил Денис.
Он шагнул ко мне, и его руки окутал огонь. Я не остался в долгу — Скорбь сама легла в мою ладонь. А тьма голодными щупальцами обвила мое тело, накрывая его словно щитом.
— Попробуй… — процедил я. — И прошлая драка окажется детскими шалостями. Уверяю, братец, в семье после этого снова останется два ведьмака.
— Хватит!
Голос Владимира остудил пыл братца. Его кулаки погасли, и парень отошел в сторону. Я же взглянул на отца, не собираясь убирать оружия:
— Итак?
— Я слишком мало тебя знаю, но, видимо, цвет силы накладывает отпечаток на характер, — осторожно начал Владимир. — Иногда мне кажется, что ты сын моего брата. Точная его копия.
— Он хороший человек, — просто ответил я. — Всегда стоял за семью.
— Он же ее и подставил, — буркнул Денис. — Среди ведьмаков так дела не делаются.
— Как «так»? — уточнил я.
— Как делаете их вы! — выпалил парень и поспешно осекся под строгим взглядом отца. Похоже, он понял, что сказал лишнего.
Я покачал головой:
— Не понимаю, о чем ты…
— Теперь тебя подозревают в убийстве!
— И это создало информационный шум, который нам только на руку! — прервал его я. — Семья возглавляет список первых ведьмаков. По Империи прокатились акции протеста, которые показали, что я — народный ведьмак. Я вышел на международный уровень — впервые!
Отец кивнул:
— Все правильно. Но тень, которая упала на семью…
— Никто не верит в то, что я убил Воронцова! — потеряв терпение рявкнул я. И поспешно добавил: — Потому что так оно и есть… Я не видел Арсения в Лукоморье, да и никто из нашей команды его не видел. Тела, кстати, так и не нашли… Может быть, Воронцов до сих пор жив и скитается по лесу. А может быть, это просто бредни старосты, который решил, будто Арсений был под зельем превращения… К слову, Аркадий не верил, что его сын мертв. Зато он кое-что рассказал мне о произошедшем много лет назад. Поведал то, чем я не стал делиться со следователем, потому как это касается только нашей семьи…
— Денис, выйти, пожалуйста, — неожиданно попросил князь.
Брат недоверчиво посмотрел на него, явно собираясь возразить, но так и не решился. Бросил на меня яростный взгляд, развернулся и молча направился из дома.
— Останься, — глухо потребовал я.
— Не надо ему слушать…
— Надо! — рявкнул я. — Хватит держать его в неведении! Завтра ты снова решишь исчезнуть и ему опять придется становиться во главе рода… И Денис имеет право знать все, что касается нашей семьи, даже если тебе это не нравится, отец!