— Ты так решил?

— Да, я так решил! На правах твоего первенца, который не хочет быть твоим наследником.

Князь прошелся по комнате, приглаживая волосы. Денис стоял вполоборота, не поднимая глаз от пола. От него исходил жар, который я ощущал даже со своего места.

— Ты потерял меня, — негромко заговорил я. — Не упусти и второго сына, других у тебя не будет…

На эту фразу мужчина странно усмехнулся и покачал головой.

— И о чем тебе поведал Воронцов? Давай, расскажи нам.

— Что случилось с нашей матерью?

— Она погибла, — бросил мужчина с показным безразличием.

— Расскажи, что с ней случилось до того, как она погибла. До того, как враги нашей семьи пытали ее и убивали.

— О чем ты? — нахмурился князь.

— Она не была светлой, верно?

— С чего ты взял?

— Потому что Воронцов сказал, что они убивали ее несколько раз. И она возвращалась из-за грани, чтобы быть убитой ими вновь. Это странно для светлых, не находишь? Дядя говорил, что на подобное способны лишь темные.

Мужчина побледнел и покачнулся, едва не упав. Он оперся о подоконник и опустил голову. Брат продолжал стоять без движения. Но его грудная клетка ходила ходуном.

— Она была ведьмачкой. И сменила цвет силы, когда пришлось спасать меня и еще нескольких… Это Александр научил ее. Он толкнул ее с дороги света.

— Она спасла людей, став темной. Верно?

— Я так и сказал, — огрызнулся князь.

— Ты после этого отправил меня в другой мир?

— Это важно? — со злобой спросил Владимир.

— Это важно! — вдруг заговорил Денис. — Ответь!

Старший Морозов удивленно воззрился на сына, а потом, словно сдавшись, произнес:

— Она могла совратить ребенка тьмой… Была вероятность, что в другом мире Михаил изменится…

— Вранье! — отмахнулся я. — Ты не хотел видеть старшего сына темным, потому и выкинул меня прочь, надеясь, что никогда не вернусь. Я и не должен был вернуться. А мать… она не умела ходить между мирами, все так?

Владимир потер лоб, и я заметил, что его пальцы подрагивают.

— Она не могла пойти за мной, — повторил я, уже понимая, что прав. — Возможно, она пыталась, но никто не мог ей помочь. В это время ты уже закрыл брата в склепе. Только Верховный владел манускриптами, которые учат открывать врата между мирами…

Я бил наугад, но по тому, как бледнел князь, понимал, что во всем оказался прав.

— Она сама пришла к ним в руки. И умирала долго и мучительно, пока они не закинули ее куда-то, откуда она не сумела вернуться.

Владимир поднял на меня белое, как мел, лицо.

— Они показали мне ее кости…

— И ты поверил! Просто хотел верить, что ее больше нет. Избавился от неугодной жены. Запер в склепе старшего брата, который отказался от титула. И согласился жить в тени убийцы своих родичей. Ты позволил Воронцову остаться безнаказанным за смерть Морозовых!