— Взять его ведущим было не самым разумным шагом, — послышался позади знакомый женский голос, и я подумал, что сегодня меня застают врасплох слишком часто.
Я обернулся, растягивая губы в улыбке. Напротив меня стоял человек в костюме ярмарочного шута. Рубаха была разрисована ромбами, полосатые штаны оказались заправленными в большие деревянные ботинки. На лице гостя был красный нос из мягкой губки, который привлекал к себе внимание, словно мешая запомнить, как выглядит человек.
— Уверен, что мы не нанимали подобных актеров, — брезгливо сообщил я.
— Лучше было бы взять ведущей женщину. Особенно красиво бы вышло, если бы этой женщиной оказалась та, с кем ты не в самых дружеских отношениях.
— И чем это было бы лучше, Тольяна? — беспечно уточнил я.
— Это было бы интригующе! Люди любят наблюдать за конфликтами.
— Подобное любите вы. Это вам нравится играть на нервах людей и придумывать небылицы. И как вы сюда проникли?
— Я купила билет, — невинно заметила блогерша. — Когда тебя объявили мертвым, многие стали сдавать билеты. И я взяла себе несколько по сходной цене. Потому что знала, что ты вернешься.
Я покачал головой:
— Просто вы хотели получить минуту славы за счет смерти народного ведьмака. Скорее всего, надеялись снять один из своих репортажей, в котором опять смаковали бы траур моей семьи. Вам бы хотелось заснять пустые стенды ведьмаков, одинокую ладью на берегу… Я представляю, как долго вы выбирали подходящий траурный наряд. Такой, чтобы соответствовал событию, но чтобы не уродовал вас больше, чем обычная одежда.
Лицо блогерши скривилось:
— Фи, зачем так грубо, Михаил⁈
— Владимирович… — продолжил я за нее, напоминая, что между нами остается пропасть. И уточнил: — И в чем же грубость? В том, что я не считаю таких, как вы, красивыми?
— Таких, как я? Ты наверно еще не видел мою скульптуру в квартире Снежинск-Града! Хотя, тебе это и не нужно. В ту ночь, когда я ночевала у тебя…
— Я бы никогда бы не позарился на вас, — жестко заявил я, заметив, что моя собеседница напряженно держит руку в кармане.
— Снова оскорбляешь!
— Это факт! Вы были вусмерть пьяной. Меня не привлекает подобное. И прошу вас, прекратите этот цирк. Вам здесь не рады. Об этом я вам заявил еще в Снежинск-Граде. А после вашей отвратительной лжи про княжича Воронцова…
— Ты убил его, я это точно знаю!
Я шагнул в сторону клоуна и зло предупредил:
— Осторожнее со словами, Тольяна. Я ведь могу вызвать вас на поединок чести, если вы не сможете доказать правдивость сказанного вами.
— Ты не посмеешь, — она криво усмехнулась.